Категории

Восстановление православной иерархии и сеймовая борьба за легализацию ее прав (1620-1632 гг.))

8 минут на чтение

В результате Контрреформации впервой четверти XVII  в. на территории Речи Посполитой действовал только один православный иерарх – Львовский епископ Иеремия. Существовала реальная опасность исчезновения православной иерархии. Однако этому помешало одно обстоятельство: в конце марта 1620 г. Иерусалимский патриарх Феофан, возвращаясь из Москвы с посвящения Московского патриарха Филарета, прибыл в Киев.

Правящие круги Речи Посполитой отнеслись к Феофану с подозрением, так как он считался подданным турецкого султана, который был тогда в явной вражде с Речью Посполитой. Существовало опасение, что патриарх послан из Константинополя с поручением возбудить Москву против Речи Посполитой, поэтому за ним была установлена постоянная слежка [11, с. 400-401].

15 августа 1620 г. в Киеве состоялся съезд православных, на котором происходило посвящение избранных кандидатов на высшие посты в православной иерархии. Это происходило тайно, так как не было испрошено разрешения короля. На митрополию Киевскую и Галицкую был посвящен Иов Борецкий, а епископами стали Исаия Копинский и Мелетий Смотрицкий [11, с. 403-404]. В это время резко изменилась военно-политическая ситуация – армия Речи Посполитой потерпела поражение в октябре 1620 г. под Цецерой от турок. Однако неясно одно, решение о поставлении епископов было принято до получения в Киеве известий о поражении или после, когда стало ясно, что Речь Посполитая будет нуждаться в поддержке казачества [11, с. 665].

На варшавском сейме 1620 г. вопрос об утверждении королем новопоставленной православной иерархии даже не поднимался [14, с. 12]. Главным на тот момент был поиск средств для отражения турок. Сейм постановил призвать на помощь казаков. А король отправил письмо к Феофану, прося его склонить запорожцев двинуться на борьбу с врагами Речи Посполитой [1, с. 407]. Возможно, что в начале ноября, когда открылся сейм, посвящение православных иерархов в Киеве оставалось еще тайной для властей. К концу же 1620 г. это событие должно было стать очевидным, благодаря активной деятельности Мелетия Смотрицкого, который, вернувшись в Вильно, разослал универсалы о своем назначении по всей Полоцкой епархии.

По всей Литве и Беларуси быстро распространились слухи, что дело православных на сейме восторжествовало и уния уничтожена, что униатским митрополиту и епископам дано будет вознаграждение в Римской Церкви, а их места и имения король предоставляет православным митрополиту и владыкам. Униатский митрополит Велямин Рутской и архиепископ Полоцкий Иоасафат Кунцевич, возвратившись с варшавского сейма, донесли обо всем королю.

Тем временем патриарх Феофан делал последние распоряжения в Киевской митрополии: вновь утверждал киевское Богоявленское братство, убеждал казаков исполнить волю короля и идти на войну против турок: «Эта ваша покорность и знатная услуга может до того угодить королю, что он согласится признать и утвердить восстановленную мною вашу русскую иерархию, разумею митрополита и епископов, посвященных мною на место отпавших от Константинопольского престола» [1, с. 410]. В марте Иерусалимский патриарх Феофан уже находился в Валахии [41, с. 409-410].

В феврале-марте 1621 г. Сигизмунд III издал универсалы, в которых говорилось, что поставление митрополита и епископов патриархом Феофаном незаконны, поскольку иерусалимские патриархи не имеют отношения к русской Церкви, иерархические действия требуют разрешения короля, а сам Феофан был назван самозванцем и турецким шпионом [11, с. 666].

По настоянию униатского митрополита король прислал в Вильно специальную комиссию, которая признала виновником всех смут Мелетия Смотрицкого [11, с. 411]. Митрополит Рутский со своей стороны позвал его на духовный суд. Однако Смотрицкий не явился, считая себя вовсе не подсудным униатскому митрополиту. Рутский предал его проклятию [12, с. 18].

Гнев короля обрушился не только на православных владык, но и на православных граждан многих городов Речи Посполитой [11, с. 415]. Особенной жестокостью отличились меры принятые против «бунтовщиков» Полоцким униатским епископом Иосафатом Кунцевичем.

Вокруг вопроса о восстановлении православной иерархии развернулось литературная полемика между двумя виленскими монастырями – православным Свято-Духовским и униатским Троицким. Первым было издано сочинение «Verificatia niewinnosci» («Оправдание невинности»), написанное, скорее всего, Мелетием Смотрицким, в котором утверждалось: а) Феофан был действительно патриарх, а не самозванец, не враг, а благожелатель Речи Посполитой; б) патриаршество Феофана признавал сам король, что видно из их переписки; в) православные не собирались нарушать право патроната короля. В доказательство в конце книги содержались письма патриарха и короля, решения сеймов, церковные каноны [11, с. 412]. В ответ троицкие монахи издали книгу под названием «Sowita wina» («Сугубая вина»), в которой снова доказывали виновность православных в нарушении королевского права патроната. Вскоре вышло новое сочинение М. Смотрицкого «Obrona verificaciey» («Защита оправдания»), а униатские монахи выпустили  брошюры «List do zakonnikow monast. Sw. Ducha» и «Examen Obrony». Здесь начались прямая брань, насмешки и упреки, направленные против Свято-Духовского братства, и особенно против Смотрицкого. Полемика продолжилась и в 1622 г., когда Свято-Духовское братство напечатало брошюры, где опровергались эти клеветы [11, с. 415]. В ответ настоятель Троицкого монастыря А. Селява в том же году издал брошюру, где остановился только на главных обвинениях против унии и старался доказать верховную власть папы над всею Церковью.

Помимо полемической борьбы православные отстаивали свои интересы и на заседаниях сеймов. Так, на Вальном сейме 1620 г. в Варшаве один из православных депутатов, чашник земли Волынской Лаврентий Древинский, изобразив яркими красками притеснения православных в Речи Посполитой, просил короля сжалиться над православными, которые уже более двадцати лет на каждом сейме и сеймике напрасно умоляют о сохранении своих прав и вольностей [11, с. 406]. Кроме православных, его поддержали и протестантские послы. В результате сейм вновь подтвердил конституцию 1607 г., которая гарантировала права лицам греческой религии, без указания кому они подчиняются: Константинопольскому патриарху или Римскому папе.

Особенно показательным в плане характерных действий и методов политической борьбы за религиозные права стал Вальный сейм 1623 г., на котором православные депутаты выступили с двумя документами, составленными Мелетием Смотрицким: от имени вновь поставленных православных епископов «Justificacia niewinnosci», в которой они подробно оправдывали свои действия; от имени православной шляхты – «Supplicatia», в которой вновь перечислялись нарушенные унией права и вольности шляхты, а также звучала просьба о «успокоении греческой веры» и предоставлении православным архипастырям их кафедр [11, с. 424-425]. Касались проблем православного населения и инструкция волынской шляхты и петиция казаков.

Шляхта, недовольная внешней и некоторыми аспектами внутренней политики Сигизмунда III, составила список нарушений прав шляхетского сословия. Король  отвечал, что людям религии греческой не творится от его королевской милости никакого нарушения их прав, но, как и прежде, король понимал под людьми греческой религии униатов и к ним относил конституции, постановленные по требованию и в пользу православных. В дальнейшей части королевского ответа заключались обвинения рукоположенных патриархом Феофаном иерархов в нарушении общественного покоя, - и повторялось сказанное прежде в универсалах к властям ВКЛ и Польши [3, с. 193-195].

Во время сейма Папа Григорий XV прислал письмо к королю, в котором убеждал его и сенаторов защитить униатов от гонений со стороны схизматиков и казаков [11, с. 424]. Несмотря на эти призывы, среди католических политиков были сторонники уступок православным, причем как среди магнатов, так и среди епископов, большинство которых выразило отрицательное отношение к унии, а некоторые предлагали от нее вовсе отказаться [16, с. 32].

В период заседаний сейма предпринималась попытка организовать общий Собор православных и униатов для их примирения. Но это предложение было безуспешным. В результате сейм ограничился постановлением о ликвидации всех судебных процессов, которые возникли на религиозной почве [3, с. 133]. По сути, сейм 1623 г. прекратил и уничтожил все бывшие до него процессы и тяжбы между православными и униатами, но не уничтожил их взаимной ненависти. Осенью 1623 г. в Витебске был убит Иосафат Кунцевич. В Вильно митрополит Рутский возобновил тяжбу против членов Свято-Духовского братства. В Киеве стали запечатывать православные церкви [11, с. 430-431].

На последующих сеймах 1620-х гг. также поднимались вопросы, касающиеся положения православной Церкви [11, с. 671], однако фактически все были поглощены решением внешнеполитических проблем: война со Швецией и отношения с южными соседями [9, с. 118, 132]. Стоит отметить, что на этих сеймах уже поднимается и казацкий вопрос.

После заключения мирного договора 1629  г. со Швецией  ситуация мало в чем изменилась: правительство все время откладывало решение религиозно-церковного вопроса [11, с. 435]. Да и последний при Сигизмунде III сейм 1632 г., созванный исключительно для обсуждения дел внешней политики, не сделал никаких новых уступок православным.

Разграничение сфер существования православной и униатской церквей к концу правления Сигизмунда III стало основным реальным требованием православных. Православное население Речи Посполитой примирилось с фактом существования в государстве униатской церкви с ее иерархией. Но правительство не соглашалось признать за православной Церковью права на существование. Оно продолжало игнорировать православную церковную иерархию, как нелегальную, упорно откладывая решение вопроса об урегулировании отношений православных и униатов. Поэтому начинают заметно усиливаться взаимоотношения православных иерархов и казачества.

Связи Киевской митрополичьей кафедры с запорожским казачеством были очевидными для правительства. Узнав о смерти митрополита, король просил киевского воеводу позаботиться, чтобы на киевскую митрополичью кафедру не был посажен казаками «бунтовщик, который потом возбуждал бы их против католиков и униатов» [2, с. 396].

По сути, к 1620-м гг. казачество начинает осуществлять активное давление на органы государственной власти в процессе принятия решений в интересах  православия. Являясь важной военной силой, запорожское войско могло предъявлять свои требования королю, особенно в периоды военно-политической угрозы со стороны соседних государств.

Казаки продолжали сеймовую борьбу. Правительство страны не спешило идти на значительные уступки, ноне могло допустить и роста напряжения в отношениях с казаками, поскольку власти нуждалось в запорожском войске в силу угрожавшей войны с Москвой, так как истекал срок Деулинского перемирия и Москва намеревалась вернуть утраченные земли [10, с. 148].

Таким образом, восстановление православной иерархии, осуществленное Иерусалимским патриархом Феофаном, вызвало первоначально достаточно острую реакцию властей Речи Посполитой, которые объявили новых епископов преступниками. Однако в силу политических обстоятельств, в том числе и под влиянием казацкого фактора, властям пришлось смириться со свершившимся фактом. Поставление православных епископов вызвало новый всплеск полемики по вопросу унии. Православные также с новой силой стали отстаивать свои права на сеймах. Однако в правление Сигизмунда III принимались только уклончивые сеймовые конституции «об успокоении греческой религии» и то под воздействием либо государственно-политических, либо династических интересов.

Отличительной чертой сеймовой борьбы в этот период было вмешательство запорожского казачества, что способствовало успеху православных на сеймах 1623 и 1625 гг. Однако уступки казачеству делались поверхностные, только с целью временно его успокоить.

Гесть А.В., Карабухин Ю.В.

Facebook Vk Ok Twitter Whatsapp

Похожие записи:

В 1596 г. в Бресте состоялось два собора – униатский и православный, итоги работы которых привели к созданию уникальной ситуации в Речи Посполитой. На Брестском униатском соборе был предан гласности факт присоединения части православной иерархии и духовенства ...
Брестская уния 1596 года- объединение католической и православной церквей на территории Речи Посполитой. Причины заключения унии: В 1387 году было проведено крещение Литвы по католическому обряду. Однако положение православной церкви стало ухудшаться после Гор...
Бостонская бойня Сентябрь 1620 года. Правительство британской колониальной империи осуществляет целеустремлённую колонизацию Северной Америки. Английское торговое судно "Мейфлауэр", на борту которого находится экипаж, состоящий из 102 человек, достигае...