Категории

Ида Даниловна Бельская

час на чтение

Родилась я в средней части России, в небольшом рабочем поселке Гурневка Барышского района Ульяновской области. Отец мой был родом из Белоруссии в 1915 р. был призван в армию и служил не многих местах, а в 1927р. моя семья переехала в Гурьевку, здесь же в 1946г. я окончила Гладышевскую среднюю школу. После окончания войны меж отец был направлен на работу на свою родину, в Белоруссию и я в этом же году поступила учиться в Белорусский государственный университет им. В.И. Ленина. Закончила его в 1951г. Поступить тогда в университет было непросто. Шла массовая демобилизация и многие военные и партизаны, которые не успели доучиться перед войной, с огромным желанием поступали учиться. Им было достаточна получить положительные оценки, а бывший десятиклассники проходили конкурс на истфак в 5 человек на место.

Мы учились с огромным желанием, хотелось получить хорошую специальность и начать работать. Вполне после окончания учебы я могла поступить в аспирантуру, но в 1951 г. вышла замуж и по распределению мужа приехала в Гродно.
Здесь мы прожили всю свею трудовую жизнь. Мой стаж работы составил 55 лет. Сначала я работала в средней школе №1 г.Гродно, а потом в высшей школе отработала 44 года. В 1962г. я перешла работать в Гродненский педагогический университет им.Я.Купалы, но ещё 4 года продолжала параллельно вести уроки в школе.. Это случилось потому, что мне было доверено вести экспериментальное преподавание курса обществоведения, который с 1962-1963г. вводился в школах СССР. Мне повезло, ибо я очень полюбила этот курс, он был совершенно новый в учебном плане школ. Всей работой по отработке планов и программ курса руководил Институт содержания и методов обучения Академии педагогических наук СССР. Когда мы проделали подготовительную работу – курс был введен во всех школах.

В саном начале своей педагогической работы я наладила свои тесные связи с истфаком Гродненского пединститута и первым их историков, который стал для меня наставником, был Яков Наумович Мараш. Он в то время работал заве­дующим педагогическим кабинетом при горОНО, а в 1946 заменял заведующего гороно Кныша. Вот к нему-то я и пошла зa направлением на работу. Он встре­тил меня своей тёплой улыбкой и поздравил с вступлением в отряд гродненских историков. "Я хочу побеседовать с вами по душам", сказал мне Яков Наумова. Он расспросил меня о моей учебе в БГУ, мы вспомнили многих моих преподавателей, которые Мараш знал отлично и затем он сказал, что- меня направляют на работу в среднюю школу № 1 -лучшую школу Гродно. Это было как благословение на мою успешную работу, ибо в этой школе работали многие очень опытны учителя. Якав Наумович отметил, что для меня всё это важно, потому что знал программу истфака БГУ и то, что во время практики в школе мне пришлось провести всего три урока истерии в одной из минских школ. У Якова Наумовича, как я узнала из нашего с ним разговора, был большой опыт преподавания истории в шкале, он был также хорошо знаком с работой гродненских учителей истерии, он пристально изучал лучший опыт работы их и постоянно помогал в методической части. Он и мне сразу сказал:"Вы можете рассчитывать на мою помощь». Так началось не только наше знакомство с Яковом Наумовичем, ­но и теснее сотрудничестве. В процессе наших нередких встреч я поняла, насколько Яков Наумович был образован и глубоко предан истерии и педагогическому труду. Он был всегда очень внимателен к учителям и особенно молодым. Можно сказать, что благодаря его усилиям появилось немало хороших учителей, ибо именно при помощи Якова Наумовича отрабатывались самые эффективные методы преподавания истории. Сколь планов моих уроков было просмотрено подкорректировано именно Яковом Наумовичем. Я для себя взяла за правило, чтобы перед каждой новой темой идти в методический кабинет к Якову Наумовичу, и с ним определить основные направления изложения материала, методические приёмы изучения темы. Именно Яков Наумович научил меня наиболее эффектив­ным методам проверки и закрепления знаний. Эта работа позволяла сделать знания моих учеников прочными. "Это в работе учителя главнее -её результат"-сказал мне Яков Наумович. Позже именно под руководством Якова Наумовича я написала немало методических статей, с которыми выступала перед историками города, на городских, областных и республиканских педчтениях. Не раз мой опыт был представлен и на Всесоюзных педчтениях, где я смогла познакомиться с выдающимися учителя истерии в стране и замечательными учёными-историками.

Наши контакты с Яковом Наумовичем продолжились особенно тогда, когда я перешла на работу в мединститут. И так было до его кончины. Этот человек никогда не жалел своего личного времени для того, чтобы выслушать человека, помочь всем, кто нуждался в его помощи и поддержки. Скольких учителей и студентов он вывел в люди! Трудно оценить его заслуги в формировании настоящих учителей преподавателей и ученых.

Я всегда говорю, что если я состоялась как учитель и стала вроде бы неплохим преподавателем вуза, то это все благодаря Якову Наумовичу.

Еще работая в школе, я познакомилась и с Борисом Марковичем Фихом. Ведь в то время институт готовил кадры преимущественно для школ. Вот почему и Борис Маркович был нередким гостем на уроках истории. Меня также приглашали на заседания кафедры, если рассматривался вопрос педпрактики по истории или какие-то методические проблемы. И Яков Наумович и Борис Маркович знали что ещё со студенчества у меня была тема научной работы о роли учи­тельства в культурно-просветительной работе в белорусской деревне в mm восстановления народного хозяйства, но заниматься темой работая в школе, да ещё имея маленького сына, мне было трудно. Удалось поработать в архиве, пару раз съездить в Минск, но дело шло туго. К тому же я работала завучем школы и всё это отбирало не только время, но и силы. Тем не менее моя основная работа шла успешно: в 1958 г. я стала Отличником народного образования БССР, а в 1965 г., уже работая в институте (и одновременно в школе) я получила высокое звание Заслуженного учите­ля школы БССР. Но мне так хотелось заниматься своей научной темой, а обстановка не позволяла. Меня приглашали на другие работы в городе, ибо своей общественной работой я стала известным человеком, но  быть, например, директором культпросветучилища я никогда не хотела – это не моё. Не могла я работать и в отдел школ и вузов обкома партии – бесконечные командировки, проверки по разным сигналам – это вообще мне не подходило, хотя многие годы я работала в этом отделе внештатным инструкторам.

Как-то вечером 3 декабря 1962г. раздался звонок и узнала голос Бориса Марковича Фиха. Он сказал, что с кафедры на пенсию выходит Вера Ивановна Данисюк и предложил мне перейти работать на кафедру истории СССР. Я как-то растерялась – вот так сразу в преподаватели вуза! Но Борис Маркович стал убеждать меня, что работать в вузе гораздо интересней, будет немало возможностей для работы над темой, поездки по архивам и библиотекам не только Минска, но и Москвы и Ленинграда. Все это звучало привлекательно, но я беспокоилась за то, что у меня не было никакого опыта работы в вузе. Но Борис Маркович с присущей ему решительностью сказал: Это дело наживное, вы быстро освоите всё. Потом предложил: «Завтра мы приглашаем вас на беседу к ректору Дмитрию Спиридоновичу Марковскому».

Дмитрия Спиридоновича я тоже уже знала и не только понаслышке. Мы участвовали на разных городских совещаниях, партконференциях и деловых встречах.

Я волновалась страшно. Но все же решила пойти. Когда я вошла в кабинет ректора, то там уже было немало присутствующих: Гурген Амирханович Мартиросов, Владимир Антонович Недельке, секретарь парткома, Борис Маркович.

 Гургена Амирхановича Мартиросова я тоже очень хорошо знала. Он занимал руководящие посты в вузе и обладал огромной симпатией, мог говорить с каждым заинтересованно и откровенно. Когда я пришла работать в пединститут, он был деканом историко-филологического факультета. Студенты очень уважительно относились к нему и он был для них непререкаемым авторитетом. Я почувствовала ту благожелательность, с которой меня встретили все бывшие в кабинете ректора. Это были люди умные, образованные, без тени зазнайства и самолюбования. Дмитрий Спиридонович сказал, что кафедра истории СССР просит меня перейти на нее работать. А потом дело в свои руки взял Борис Маркович и тогда я узнала, что мне придётся преподавать историю Азии и Африки, ко­торую преподавал до этого Владимир Антонович Неделько. Я почти пришла в ужас. В школе такие курсы изучались поверхностно, несколькими фразами, а здесь целые курсы! Все, что я изучала по этой истории в БГУ не слишком запомнилось. В общем, я растерялась. Но тут вмешался Владимир Антонович Неделько. 0н обещал мне всякую помощь в овладении программой, планированием, основной литературой, пособиями. Я, конечно, была благодарна за эти слова, не вы­разила обеспокоенность: смогу ли я повести работу на уровне вуза, чтобы не снизить качестве преподавания предшественника. Мне ведь предстояло освоить вузовский уровень работы, а это существенно отличалось от школы.

Но здесь снова меня старались приободрить и Берне Маркович и Владимир Анто­нович. Здесь, пожалуй, я попробую высказать всё то, что я чувствую, корда говорю о Владимире Антоновиче Неделько. Я считаю, что для студентов истфака и для всего коллектива огромную роль сыграла личность Владимира Антоновича, его деловые качества, его человечность. Он приехал в Гродно несколькими годами позже нас, в 1957г.,окончив отделение философии БГУ им.Ленина. Мы учителя СШ №1 г.Гродно сразу познакомились с Владимиром Антоновичем, ибо он вел в на­шей школе политические занятия. Обаяние этого человека, его высокие звания не могли не вызвать нашего восхищения и уважения. Знаю точно, что среди студен­тов и коллег он всегда являлся примером честности, принципиальности, порядочности. Он никогда не покривит душой, а если надо, то скажет со всей прямотой. Он всегда подскажет, поможет, как это он желал мне и для меня он непререкаемый авторитет. Взяв его курсы я должна была соответствовать ему, стараться поддерживать в своей работе тот уровень, который держал Владимир Антонович.

Перейдя на работу в пединститут я не представляла до конца тех трудностей, с которыми встречусь. Курсы Азии и Африки были весьма сложными во всех отношениях, было мало литературы, учебников, пособий. И мне приходилось ночами (поскольку я еще работала первое время в школе и имела маленьких детей) си­деть и корпеть над книгами, постоянно ходить в институтскую библиотеку и в областную им. Карского, пересматривать массу научных журналов, монографий, чтобы подготовиться к лекциям и семинарам. Я скажу, что если бы не помощь мужа и детей, я не смогла бы выдержать такой нагрузки. Бывало заливалась слезами от сознания того, что не могу отработать так лекции, как этого требует вуз. Трудным был и процесс подготовки к семинарам. В школе я проводила с учени­ками работу нетрадиционными методами, не в вузе совсем другой уровень, требу­ется очень глубокая подготовка, чтобы дать студентам знания. Огромную помощь оказывал мне незабвенный Борис Маркович Фих. Он был очень внимателен к моим проблемам, шёл на разгрузку моего расписания, чтобы я могла наработать ма­териал впрок. Он оказывал мне помощь советами, литературой. Часто, если ездил в Минск, Москву, то привозил мне книги из минских и московских библиотек. В то время это очень хорошо получалось по МБА (межбиблиотечному абонементу). Работать было очень ответственно: группы, которые я вела (а это был уже четвер­тый курс) были сильными, многие студенты были далеко не детьми, стремились глубоко вникать в проблемы истории. Тем белее, что это была история Азии и Африки, которые только широко выходили на историческую арену.

Я пишу эти строки, а перед глазами мои тогдашние студенты почти выпускни­ки, многие из которых в будущем стали выдающимися учеными, обществен­ными деятелями, лучшими директорами и учителями школ, руководителями ком­сомольских, партийных и профсоюзных органов.

Наш факультет имеет: славную историю подготовки кадров. Он прошел несколько периодов своего развития и отвечая требованиям времени, концентрировал внимание на проблемы подготовки кадров широкого профиля. Наш факультет был и просто историческим, историко-филологический, историко-педагогическим, фа­культетом истории и иностранного  языка, истерии и культуры, и ныне истории и социологии. И каждый период давал выпускников, которые с честью несли и не­сут авторитет факультета.

Я пришла в пединститут, когда наш факультет был историко-филологическим. И я вспоминаю своих первых студентов, которые были уже на выпуске – 4 - 5  курс. Факультет выпускал кадры широкого профиля и это означало, что подготовка велась равноценно по обеим специальностям. Но у каждого человека есть определенные наклонности и привязанности, он сам определял в какой сфере в итоге он хотел бы работать. На протяжении всей своей жизни я встречалась со многими выпускниками тех лет. И что было замечательно, что я встречала их и в классе школ, в различных общественных и государственных учреждени­ях, в правоохранительных органах, многие были на высоких должностях. Вот, например, выпускник 1963 г. Станислав Михайлович Андреевский – не хватило бы и многих страниц, чтобы опи­сать где и кем он работал. Наш факультет всегда славился высоким уровнем воспитательной работы и, участвуя в ней, наши студенты овладевали многими жизненно-необходимыми качествами и навыками. Вот и Слава начинал свой путь с секретаря комсомольской организации института, а потом жизнь призва­ла его на комсомольскую работу, а далее работа в партийном аппарате. В 1982 – 1989 г. он был председателем Гродненского горисполкома. По работе я встре­чалась с ним во многих кабинетах и он оставался таким же открытым, готовым прийти на помощь. Знания, которые он получил на нашем факультете, ста­ли основой его становления и как личности, и как руководителя.

Другие наши выпускники тех далеких лет стали историками. Наука стала сутью их жизни.

    Совсем недавно из жизни ушел Иван Иванович Ковкель. Человека истинно лю­бившего историю, трудно найти. История была его сердечным призванием. Я помню его, такого скромного сельского паренька, который уже на первых курсах выявил желание получить настоящее образование и много работал над собой. Борис Маркович Фих, отдавая должное его стремлениям овладеть наукой, уважи­тельно называл его Иваном Ивановичем. Одного среди всех он остался верен своей любви к истории до последнего вздоха. После окончания историко-филологического факультета он стал работать учителем сельской школы, был и её директоре. Любовь к истории и исторической науке привела его в аспирантуру БГУ им. В.И. Ленина, а затем он пришел на родной истфак, стал кандидатом наук, доцентом, а затем и профессором. Я не ошибусь, если скажу, что Иван Ива­нович был крупнейшим и выдающимся среди историков Беларуси. Меня всегда восхищало его упорство, принципиальность, с которыми он работал над ис­торией Белоруссии, боролся со всякими её искажениями и создал ряд замечательных трудов, которые, я убеждена, будут использованы всеми поколениями историков.

Тоже я могла бы сказать и о Владимире Николаевиче Михнюке. Когда-то во время осенних полевых работ я побывала в деревне Грушаны, в которой родился Володя. Шла по деревенской улочке, «заселенной» сплошь маленькими хатками с небольшими окнами и думала, как мог в такой глуши родиться настоящий самородок, который будет удивлять научный мир своими трудами. К сожалению, Владимир Николаевич рано покинул этот мир. Но я убеждена, что его труды -доктора наук, профессора не будут иметь срока давности, ибо они бесценны. Володя со студенческой скамьи был целеустремленным, работал четко, не да­вая себе спуску, не жалея сил.

Мои первые годы работы в Гродненском пединституте дороги для меня как воспоминания и рассуждения о моей жизни, о людях в которыми меня свела сча­стливая судьба.

Всегда огромной радостью для меня были и остаются успехи моих студентов. Разве не радостно, что мне довелось работать на факультете в то время, ког­да учились люди, ставшие гордостью республики. Например, Михаил Костюк, автор множества исторических трудов, доктор исторических наук, про­фессор. Но приезжая в Гродно, в свою родную "альма матер" он остается тем же Мишей, которого я знаю с 1962г. Высокие должности и положение не изме­нили его отношения к нам, преподавателям, не лишили его памяти о годах, приведенных в родном гнезде, где он начинал свой путь в науку и где были зало­жены основы его будущего.

Часто бывает так, что преподаватели тяготиться ролью куратора студенчес­кой группы. А вот у меня, наверное, по причине моего большого школьного ста­жа, назначение куратором группы только порадовало. Появилась возможность узнать своих студентов лучше и ближе, понять их. Я всегда считала и считаю, что работая среди молодежи, нельзя быть только преподавателем, прочитал лекцию и все. Нужно обязательно заниматься воспитательной работой со сту­дентами. Они хотя и взрослые, но проблемы у нас часто бывают такие, которые они сами решить не могут, им нужен друг, советчик.

В моей группе были замечательные люди. Некоторые уже успели и поработать и в армии послужить. Вроде жизненный опыт был некоторый накопление наше общение показывало, что куратор необходим. Вместе легче было разобра­ться в ситуации. Да и студенты многому могли поучить преподавателя. Они часто видят то, что не видим мы.

Каждый раз, когда я встречаю в коридоре университета Сергея Александро­вича Габрусевича, то меня охватывает радость, желание поговорить, послушать его. Нам есть что обсудить. Он пришел в институт уже хлебнув жизни: поработал заведующим хаты-читальни в деревне Гольни Берестовицкого района, послу­жил в армии, поработал простым колхозником. Разве может быть такой человек неинтересным? А к тому же он бы по-мальчишески самоуверенным и решитель­ным. Мы были с ним в одной парторганизации. Нам было что с ним обсудить, что-то спланировать и решить. Кончились занятия, а мы могли еще задержаться со студентами, чтобы посоветоваться. Сережа был очень целеустремлен и это дало свои результаты. Он отлично окончил вуз, сразу стал заниматься наукой и очень скоро защитил кандидатскую диссертацию. Его труды были по философии, но для историка такой переход был закономерен.

Он стал сначала доцентом кафедры, затем профессором и занимал высокие долж­ности в университете.

Жизненные наблюдения показывают, что вот из таких, трудолюбивых и целеустремленных деловых людей и формируется сильная и цельная личность.

Мне хочется написать сейчас об одном таком человеке. Кристине Владими­ровне Мацко (Вербовой). Она родилась в небольшой деревне Радогоща Новогрудского района, а среднюю школу окончила в деревне Валевка, где историю препо­давал, известный педагог, Заслуженный учитель школы БССР Усков Василий Филиппович. Он был замечательным учителем и страстно увлеченным краеведом. Имен­но такие учителя и дают вузам наиболее хороших студентов. Я познакомилась с Василием Филипповичем еще работая в школе, на республиканских педчтениях. Он выступал с докладом и все были поражены тем, о чем он поведал. Ему и его ученикам принадлежит заслуга создания замечательного историка-краеведческого музея при Волевской школе. Каждое лето со своими ученикам он колесил по родной Новогрудчине и дети вели топонимические исследования и собирали экспонаты для музея. При этом Василий Филиппович прививал своим ученикам навыки исторического исследования. В этой обстановке и росла Кри­стина Владимировна. Она была настоящей отличницей, любила историю. Да как можно было её не любить у такого учителя? Но сердце её тяготело к филоло­гии и уже в школе сформировался характер глубокого уважения к науке. Она поступила на историко-филологический факультет в 1960г. и училась на протяжении всех лет обучения только на отлично. Так золотая медалистка стала выпускницей вуза с красным дипломом. Вся её последующая жизнь – это постоянная работа над собой, поиск наиболее интересных и важных путей обучения и воспитания молодежи. Истфак всячески этому способствовал, и считает её одной из самых замечательных выпускниц.

Еще задолго до перехода на университетскую форму обучения наш истфак стал полноценным центром исследовательской работы. Большое внимание уделяло новым разработкам, связанным с потребностями школы. Ведь в то время основная масса студентов выпускалась именно для работы в школе. И было замечательно, что многие и преподаватели, и студенты в различных лабораториях свои научные изыскания вели именно с прицелом на профессиональную подготовку сту­дентов и к учебной и к воспитательной работе. На нашем истфаке тогда работало много учителей-практиков, отдавших многие годы школе, работали и учите­лями и директорами школ, завучами: Келвцей Людмила Афанасьевна, Крень И.П., Ковкель И.И., Павлюченко Н.В., Дривощекий Г.М., Вельская И.Д. и др. Весьма серьезной была связь школы и кафедр истории. Преподаватели участвовали в методических совещаниях учителей истории, помогали разработать планы вне классной работы, знакомили учителей истории с новыми историческими исследованиями. Важно отметить, что изучался также опыт преподавания истории в школах Лидского района, над которым мы шефствовали. Там проводились откры­тые уроки по наиболее сложным и объемным темам.

На истфаке всегда был высок уровень научной работы. Для того, чтобы подготовить интересующихся историей школьных учеников к поступлению в вуз на истфак Яков Наумович Мараш создал кружок "Юный историк", который буква­льно отбирал учащихся для поступления в вуз. Члены этого кружка углубленно изучали курсы истерии, занимались разработкой проблем. Ученики, которые учи­лись в этом кружке не только знали, что такое архив, но и были его постоян­ными посетителями. Сколько замечательных студентов вышло из этого кружка. С какой теплотой о кружке отзываются многие студенты факультета. Я точно знаю, что на истфак не проста поступали, а шли по призванию. После наступ­ления бывшие ученики, уже студенты, продолжали работать и учиться в истерическом кружке Якова Наумовича. Эту школу пришли Толя Присяч, .Т.Блинова, Игорь Федоров, да разве можно всех назвать. Интересно и это факт, что ряд преподавателей факультета стали, получив большие знания в кружке кандида­тами наук. Факультет не оставлял без внимания также ж соискателей из числа учителей истерии школ.

Вообще следует, отметить, что большинство преподавателей активно приобща­ли студентов к исследовательской работе. Сейчас немногие из студентов мо­гут назвать имя одного из преподавателей факультета – Бондаренко Василия Константиновича. Уже давно его нет с нами. А какой это был интересный чело­век. При первом знакомстве он поражал какой-то необщительностью, даже замкнутостью. Но это только на первый взгляд. На самом деле это был интереснейший человек, когда речь заходила о проблемах античной этики, краеведения и исто­риографии. Здесь уж лучшего консультанта не найти! Он умел увлечь студентов разными темами краеведения и сам активно работал в "Товариществе по охра­не пасятников истории и культуры" и призывал к этой работе студентов ист­фака. Как не хватает теперь таких подвижников, которые делали своё дело спо­койно, вроде незаметно, но так качественно и увлеченно. Для студентов Василий Константинович был главным советчиком по вопросам библиотечного фонда. Кто теперь этим занимается? Василий Константинович был настоящим интелли­гентом и отличался высокой культурой общения.

1977г. был очень тяжелым для нашей кафедры – умер Борис Маркович Фих. Это была страшная потеря. Казалось бы, что им оставлено не столько уж много работ, но каких! Он каждую работу вынашивал и взращивал. Ни одного непрове­ренного факта. Он мог, просто нам на веселье, наговорить в лекции каких-то фантастических цифр, но в своей научной работе подходил к отбору данных скрупулезно. Это вообще был необычный и необыкновенный человек. Его при­званием было постоянно двигать дело вперед и он не жалел на эта ни сил, ни времени, ни своего здоровья. В последние годы пединститута он фактически решал главные задачи. Его кабинет был всегда штабом разных дел и в разных направлениях. Он стоял во главе многих важных инициатив и начинаний. Нель­зя забывать, что именно он проделал огромную работу для того, чтобы на базе нашего пединститута был создан университет. Он везде, на всех уровнях ста­рался доказать, какое огромное значение открытие университете будет для западного района Белоруссии.

К сожалению он не дожил до открытия университета, о котором так мечтал. Несмотря ни на что, у меня сохранилось глубокое уважение к нему. Он умел видеть достойных, видел возможности людей, всегда ценил преданность делу об учения и воспитания студентов. Благодаря именно Борису Марковичу и Якову Наумовичу многие из бывших студентов стали преподавателями вуза – Крень И.П., Нестерёнок Е.И., Довкель И.И., Борейкина В.Д., Дерепща В.Ж., Кобринец П.Н., Колоцей Людмила Афанасьевна и я также пришла в пединститут благодаря Бори­су Марковичу.

Он жил кипучей жизнью, по его инициативе на факультете проводились не только областные и республиканские, но и общесоюзные конференции. Запомнилась мне конференция ученых-аграников, ибо она собрала выдающихся ученых со все­го Советского Союза и прошла на очень высоком уровне.

Борис Маркович всегда инициировал объединение деятельности не только учителей средних школ, техникумов, но и публицистов, работников государственных служб. Я часто просто диву давалась, как Борис Маркович буквально на крае­шке стола мог разработать интереснейший план, проект, программу какого-либо научного или культурно-просветительного мероприятия. Он был полон планов и задумок. В такой своей кипучей жизни. Борис Маркович просто не заметил, или не хотел замечать, когда серьёзно заболел. Он всегда думал, что все недомогания – это усталость, а кашель от бронхита. И не раз спрашивал меня: "А чем лечится Василий Иванович?" Мой муж тоже часто болел бронхитом. Он продолжал работать до изнурения. К тому сказывалось плохое настроение от разных неурядиц. После смерти жены, Валерии Михайловны, он просто сник. Но болезнь взяла своё. Я, как сейчас, помню последнее заседание кафедры, которое он провёл. Как всегда, казалось, он активно организовал обсуждение поставленных вопросов, порой даже шутил. А потом сказал нам, что уезжает в Москву на опе­рацию. Он подготовил Лену Шестеренке, чтобы она могла руководить кафедрой пока он отсутствует. Мы были уверены, что он верил в успешную операцию. Её должен был делать один из известнейших в мире хирургов. Он снова что-то говорил о планах, верил, что его организм выдержит. Упаднического настроения у него не было. "Ну, вот и все я вам сказал"- закончим он. А потом помол­чав: "Ухожу, до свидания". Открыл дверь и остановился в проеме, помолчал и добавил: "А может: навсегда..." Мы сидели притихшие.

Операция прошла успешно, но сердце не выдержало. Узнав о смерти Бориса Марковича мы поняли, что осиротели. Не верилось, что его не стало.

Наша кафедра была как единая семья. Мы знали друг о друге все, могли поде­литься самым сокровенным, не опасаясь, что что-то будет использовано против тебя. Борис Маркович был открытым человеком для нас и мог всегда помочь.

Наши ребята поехали в Москву и привезли урну с прахом Бориса Маркови­ча. Похоронили его при огромном стечении народа на кладбище по улице Кос­монавтов. Спрашиваю себя: какой сложился жанр его жизни? "и сама себе отве­чаю: "Трагедии". Страшно, что она разыгралась у людей, которые этого не зас­луживали. Час то говорят: "Незаменимых нет". А я думаю-есть незаменимые.

На место самого гениального человека можно поставить другого, но всегда ли равноценного. Нам еще повезло, что после смерти Бориса Марковича зав.кафед­рой был назначен Яков Наумович Мараш. Вот это помогло нам сохранить все положительные моменты в работе кафедры, Яков Наумович продолжал руководить нами, ведя ту же линию, что была при Борисе Марковиче. Замечательный он был человек, все решал быстро и спокойно.

В 1978г. 1-го мая наш вуз уже работал как университет. Впоследствии он получил право носить имя Янки Купалы. В этом же году был сделан первый на­бор студентов университета, появились новые факультеты, отделения. Мы стали работать по новым учебным планам и поэтому работы была невпроворот. Фактически наступил совершенный новый период жизни нашего вуза, и истфака тоже. Приехал к нам из Минска новый ректор. Им стал Александр Васильевич Бодаков, кандидат философских наук. Мы, конечно, с трепетом ожидали нового руководителя. И это должно было быть так. Ведь долгие годы мы жили при проч­но сложившихся отношениях, знали друг друга. Пединститут был небольшим ву­зом. А тут новый человек. Какой он будет, как примет нас? Но оказалось, что Александр Васильевич был абсолютно готов к своей новой и важней должности. Он был прекрасным организатором и обладал всеми данными, чтобы руководить людьми. Было конечно непросто, но к чести Александра Васильевича следует сказать, что первое, что он постарался сделать – это узнать коллектив, с которым ему предстояло работать многие годы. При чем он не полагался на тех, кто мог ему представить этот коллектив, а сам скрупулезно сразу стал вникать в дела кафедр, знакомился с научными, работниками. Мне казалась, что это очень сложно, но патом, черен некоторое время я и сама убедилась, что уже через несколько месяцев он заочно, но знал работников вплоть до сред­него и низшего звена.

Мне кажется, что Александр Васильевич должен был сразу убедиться в том, что он пришел принять хороший, сложившийся и сработавшийся коллектив. Пединститут славился своими кадрами и уровнем подготовки их для школы. А теперь предстояло провести довольно большую работу, чтобы организовать под­готовку кадров для многих отраслей педагогической общественной и производ­ственной деятельности. Так и получилось. Сейчас выпускники нашего факульте­та работают в школах, средних учебных заведениях, в органах власти, в проф­союзах, органах МВД и КГБ.

Нельзя не сказать, что в свое время партия самым серьезным образом подхо­дила к вопросу подготовки кадрового резерва. И это было очень важно. Ста­рались видеть человека в росте, чтобы с большой пользой потом использовать его подготовку, склонности, способности в работе. Мне кажется, что вот в настоящее время нарастают потребности подготовки резерва кадров для нашей страны. Плохо, когда на должности попадают люди случайные, мало способные по­нимать свои задачи, люди принципиальные и честные.

Я, много лет проработав в органах народного образования, очень хорошо знаю цену делу подготовки кадров. По-моему везде вредят бездельники ж дилетан­тами, но в органах, которые готовят кадры это особенна накладно. Главное, что может интересовать поступающие кадры – это компетентность, способность сплачивать коллектив на решение различных задач – больших и маленьких, которые часто так много зависит. Ведь насколько, например, должен быть учитель предан своей работе, если осознать, что именно школа, другое учебное а ведение открывает детям, людям дальнейший путь, жизни, что именно учитель, воспитатель формирует мировоззрение молодого человека и воспитывает не только деловые, но и человеческие качества.

Вот нечему Александр Васильевич провел огромную работу по формированию уже нового в значительной степени коллектива. Появлялись новые кафедры, отделения и надо было решать вопрос кадров. Здесь главнее, чтобы пришли настоящие специалисты, наделенные опытом и стремлением решать сложные за­дачи в новом университете. Я убеждена, что основой кадров нашего универси­тета стал коллектив мединститута. Но приходили и приезжали из разных районов страны и новые люди и, как правило, они оправдали надежды. На нашем факультете в целом коллектив уже сложился, но появились потребности новых кадрах. Вот тогда приехал к нам Нечухрин Александр Николаевич из да­лекого Томска. Он тогда был уже кандидатам наук, а работая на нашем факультете, стал  доктором. Это очень нацеленный на научную работу человек, честный и порядочный по своей натуре. Недаром он стал сначала за­ведующим кафедрой всеобщей истерии, а потом и проректором университета. У нас он был и деканом факультета. Этого человека нельзя не уважать. Особое внимание он всегда уделяет студенту, который проявляет стремление заняться наукой и здесь-то уж лучше руководителя, чем Александр Николаевич найти трудно. Настоящий учёный.

Постепенно подрастали в полном смысле слова и наши выпускники и становились ведущими фигурами факультета и университета. Вот, например, Петр Николаевич Кобринец. Я помню его с самого первого появления его в вузе. Я принимала у него вступительный экзамен по истории. Простой деревенский мальчик, окончивший Дубнянскую среднюю школу в Мостовском районе на протяжении всех лет учебы накапливал свое стремление стать историком. И это стремле­ние выросло у него в великую тягу к науке. Не всё было просто. Окончив наш пединститут, он стал учителем истерии и географии в маленькой школе в своём родном районе. Потом ушел служить в армию, но после демобилизации сразу кинулся в науку, учился в аспирантуре БГУ им.Ленина и очень быстро и замеча­тельно защитил кандидатскую диссертацию. Что было характерно для Петра Николаевича? – Целеустремлённость, напористость в достижении цели. Его сразу заметили в БГУ и он работал изо всех сил, уже тогда осознавал, что на этапе кандидатской диссертации не остановится. Вот какие силы таятся в человеке, если он целеустремлен и работает день и ночь.

Новая его жизнь началась тогда, когда он вернулся в родной вуз, на свою родную кафедру. На факультет. Мы работали под его руководством как заведующего кафедрой. Но не просто руководителем, он был примером для вас, постоянно работал над собой и, пройдя докторантуру, довольно быстро защитил док­торскую диссертацию, а позже стал профессором. Вот тебе и деревенский маль­чик! У таких ребят больше напористости, усердия, трудолюбия и желания добиться своей цели, больше старательности и усидчивости. Очень жаль, что жизнь Петра Николаевича оборвалась так рано. Но бывают обстоятельства, выше ко­торых не прыгаешь.

Наверное, нет большей радости, если видишь, как растет человек и добивается высоких целей. Это не каждому дано. Мне кажется, что в человеке делите быть чувство здорового честолюбия. Именно, не больного, а здорового. Можно и так сказать: человек должен верить в себяг использовать во благо все своих способности, не дать им засохнуть на корню. Главное – не дать себе расслабиться не ныть, не тратить врем зря, а обязательно идти вперед. Ибо именно трудом человек и создает себе и блага и уважение.

Мы говорим о роли учителя, педагога в судьбе молодых. А бывает и так, что человек рождается, например, историком. И для примера скажу о Валерии Николаевиче Черепице. Знаю его практически сразу, как он появился на нашем факу­льтете. Красивый, подтянутый молодой человек, очень вежливый. Он был душой коллектива студентов, потому что умел вести разговор по душам и интересам. У таких ребят всегда есть взгляд вперед. Немного поучившись, он был призван в ряда Советской Армии и возвратился возмужавшим, гораздо более уверенным и учился с большим интересом. Ему было предопределено стать ученым, почему что он учился не от экзамена к экзамену, а постоянно работал над собой. Но не так все просто в жизни. Окончив учебу он поработал диктором-коммента­тором на Гродненском телевидении, но цели без внимания не оставлял. Его знали и помнили в руководстве факультета и он был приглашен работать на нашем факультете. Вот здесь-то и проявился его настоящий талант учиться. Трудно назвать более целеустремленное человека. Он был постоянно в поиске, все свободное время проводил в архиве ж очень скоро хлынул поток его науч­ных трудов. Этому не мешала даже его работа деканом исторического факультета, которая, есть работа без ограничений времени. Столько забот и хлопот со студентами. Его научная активно шла ж тогда, когда он стал заведующим кафедрой истории БССР, а затем истории славянских государств. Студенты факультета активно в процессе своей учебы использовали труды Валерия Николаеви­ча по истории русско-белорусско-польских революционных связей в самые зна­чимые годы-Х1Х-начала XX века. Следует  отметить, что целенаправленная науч­ная работы Валерия Николаевича сочеталась с большой методической работай, с разработкой трудов по вопросам организации научно исследовательской ра­бота студентов и воспитательного процесса. В последние годы главными тема­ми его научных трудов являются темы православия, источниковедения, краеведения. Сколько замечательных работ написано им и они интересны не только студентам, научным работникам и всем гражданам вообще, потому что те све­дения историк, о которых он рассказывает, касаются каждого человека. Кажется, что нет конца его планам и задумкам. Они огромные, несмотря на то, что Вале­рий Николаевич ведет большую общественную работу занимается многими проб­лемами в республиканском масштабе. Вижу этого человека и хочется пожелать ему осуществить все свои планы. Он подготовил к защите 5 кандидатских диссертаций и 5 магистрантских работ.

С именем Валерия Николаевича связаны многие годы жизни. Я помню, как в единой связке мы работали в партийном бюро факультета. Могли долго спорить по разным вопросам, но это не были амбициозные споры, а самые деловые.

Мне нравится историческое мировоззрение Валерия Николаевича Черепицы – он с вниманием относится к любой точке зрения в науке, пусть она будет даже неприемлема для него самого. Он убежден, что нет ни у кого монополии на ис­тину в последней инстанции. Чтобы люди поверили в точку зрения её просто надо научно обосновать. Таков он – историк – Валерий Николаевич Черепица. Мне трудно перечислить всех замечательных людей нашего факультета. И ведь с ними прошла вся моя трудовая жизнь. Бывало так, что человек и не омег в силу разных обстоятельств защититься но его след на факультете написан красными буквами. Что скрывать, не все мы – преподаватели – бываем достойными студенческой любви и уважения. Для этого немало причин. Но человек, преданный своему делу, очень знающий и подготовленный к работе в вузе, обладающий, высокими человеческими качествами, добрый и вместе с тем требователь­ный, человечный и внимательный остается в памяти студентов навсегда. Я пи­шу эти строчки, а перед глазами лицо Веры Дмитриевны Борейкиной. Большую часть своей трудовой жизни она работала сотрудником Центрального архива БССР г. Гродно. Общение её со студентами было постоянным и целенаправленным. Она великолепно знала фонды архива и была весьма компетентна в вопросах истории. Своим необыкновенно чутким и добрым характером она влюбляла в се­бя человека. Говорить с ней было очень интересно, она много знала, и была готова помочь в своем деле. Она пришла на наш факультет в 1971г. и про­работала немного, а осталась в памяти навсегда. Её любили за её ум, честно­сть и порядочность, доброту и высокие знания.

Я уже как-то писала, что историком можно просто родиться. Вот такой была на факультете Тамара Борисовна Блинова. Человек почти с феноменальней па­мятью, упорно готовилась стать историком. Именно она была лучшей в кружке "Юный историк"еще будучи ученицей 12-й школы г.Гродно. Яков Наумович Мараш сразу выделил из кружковцев эту одаренную девочку. Учителя истории в школе отмечали её необыкновенную работа способность. Она стала студенткой и все годы обучения была отличницей. С 1972 г. она работает на нашем факультете. Ей пришлось вести одну из самых трудных дисциплин «Вспомогательные исторические дисциплины». Мало кто брался вести этот курс. Но она вела его просто замечательно. А сколько выдающихся материалов по курсу её было разработано, причём на каждого студента. Умница, великолепная собеседница. Она стала кандидатом наук и была готова подготовить докторскую диссертацию. Но не всё просто в этой жизни просто Я точно знаю, что главной задачей учителя, преподавателя является привитие тем, кого ты обучаешь, большого интереса к самому процессу обучения, к сво­ему предмету в частности, развитие стремления к постоянной работе, к глубокому познаю самого себя, жизни и предмета своих интересов. Скажу, что почти все может добиться тот учащийся, студент, который не тратит времени зря, ценит время и усиленно занимается самостоятельной работай.

На мой взгляд именно таким человеком, способным увлечь, повести за собой в чудесную и волшебную страну науки был Михаил Александрович Ткачев.

Светлый человек, он обладал неимоверно огромней силой и талантом увлекать студентов делом, которое он очень любил. Приехав к вам в Минска и став преподавателем, доцентом, доктором исторических наук, профессором он со всей присущей ему неуемной энергией работал со студентами. Предмет его научной деятельности археология, предмет чарующий, зовущий подвижников открыть то, что скрыто веками. А ведь он начинал свою трудовую деятельность в колхозе, на кирпичном заведение любовь к истории была неистребима. Мы, к (сожалению не знаем, кто был его учителем истории в г.Мстиславле, но и так понятно, что это был увлеченный человек, способный вести за собой ж приучать трудиться искать, находить и продолжать искать). Он учился в БГУ им. Ленина сначала заочно работая учителем истории в Жодино, потом перешел на стационар, и началась его кипучая научная деятельность. Не случайно, что потом он стал работать в институте истории АН БССР, потом в родном БГУ, а с 1978г. стал нашим коллегой. Познакомившись с курсом, который читал Михаил Александрович студенты буквально атаковали его, толпились, вопросам не было конца. Многие сразу замечтали стать непременно археологами. Он влюблял студентов в архео­логию, они с радостью работали с ним на археологических раскопках, занимаяись научной работой. И рождались новые ученые археологи, для которых раскопки и установление новых научных данных – весь смысл жизни. Был у нас такой мальчик на факультете -Вадим Лакиза. Он родился в Кореличском районе. Любовь к истории была как бы фамильным их увлечением. До него институт с отличием закончила его двоюродная сестра – Люда Лакиза, и потом пришел на факультет он, а потом и его брат. Вадим с первого курса буквально не отходил от Ми­хаила Александровичами был с ним на всех раскопках и начал писать диплом­ную работу по археологическим памятникам Кореличског района. Защитился он отлично и сразу в науку. Теперь он кандидат наук и весь в работе. Он ставит цель – уверена, что он её добьется. А ведь все то, чем овладел Вадим, начиналось именно с Ткачева Михаила Александровича. Было страшно жаль, ко­гда он покинул университет к Гродно и переехал в Минск, а вскоре умер. В г. Мстиславле его именем названа улица, а на доме, где он родился – мемориальная доска.

Такие люди, как бесценные самородки. Они способны не только сами идти впе­ред, но и вести других к самым благородным целям.

Сейчас на нашем факультета успешно трудятся наши выпускники, которые стали с легкой руки Михаила Александровича археологами и не простыми.

Первым из наших выпускников, который "заболев" археологией, после окончания вуза стал заниматься наукой археолог был Андрей Метельский. Под руководством Михаила Александровича он очень быстро вошел в тему и защитился. Теперь он работает в Институте истории АН Беларуси. Потом пошел по следам своего учителя Геннадий Семенчук – ныне тоже выдающийся ученый и работает в родном университете на кафедре археологии и этнологии. Его работы та археологии средневекового города имеют международное звучание. Ныне заве­дующим кафедрой археологии и этнологии нашего вуза является Сергей Аркадь­евич Пивоварчик. Он также увлекся археологией средневековья, но также очень известны его труды по военной истории и археологии. Археологами стали Але­ксандр Добриян (работает на нашей кафедре) Володя Канонович. Он писал свою кандидатскую диссертацию под руководством М.А.Ткаочева, но защититься до его смерти не успел. Но сама защита – это память и благодарность своему педагогу. Бывший член кружка "Юный историк", созданного Яковом Наумовичем Марашем, тоже занимается археологией, а также историей, религии – это Федоров. Вот такие ученики и последователи Ткачева М.А. А скольких я еще не назвала!

Одним из самых любимых мною занятий в пединституте и в университете была педагогическая практика. Многие гиды я была факультетским руководителем педпрактики не только на стационаре, но на заочном отделении. Но потом, когда я доработала до пенсии, решила уйти на половину ставки: хотелось дать место молодым преподавателям. В это время я осталась руководить практикой только на заочном отделении. Я считаю, что- нужно создавать самые благоприятные условия для проведения её практики. Её организация – это очень нелегко, хлопотное дело, если подходить к этим проблемам с умом и с надеж­дой провести её как можно качественнее. На мой взгляд сейчас практике не уделяется должного внимания, возможно оттого, что считают, что подготовка учителей для школы сейчас не главное. Но как показывает жизнь еще многие выпускники связывают свою жизнь именно со школой.

Когда меня назначили факультетским руководителем практики, то первое что мы с группой педагогов начали – это разработка программ и рекомендаций и для стационара и для заочников. Невозможно представить, сколько сил пот­ребовалось, чтобы это сделать, но мы смогли создать уникальные материалы. Чтобы доказать это я хочу привести один факт. Мне очень хотелось посмотреть как проводят педпрактику в БГУ. Когда я училась, то ею занимались мале. Приехав в Минск я пошла в университет и обратилась к тему преподавателю, который руководил практикой и сказала, что я приехала за опытом. Но он толь посмеявшись сказал:"А ведь мы пользуема вашими документами и нам они нра­вятся. Это то, что надо". И я поняла, что нам, не надо ждать милостей от при­роды, надо самим продолжать совершенствовать свои материалы по организации практики.

Хочу отметить, что когда наш факультет был историко-педагогическим воп­росы практики постоянно были в поле зрения руководства факультета. При этом в университете была разработана весьма аффективная практика, которая состо­яла из целого комплекса учебных занятий такого рода. На всех факультетах и для всех студентов существовала сквозная общественно политическая практика. В её поле зрения была не только школа, но и многие организации, свое место в ней занимали партийная и комсомольская организации. Программа этой практики ступень за ступенью помогала студентам овладеть рядом важнейших дел, проведения разных общественно-политических мероприятий. К тому же довольно много часов отводилось педагогическим дисциплинам, начиная с ме­тодики проведения различных мероприятий и осуществление разных важных акций. В течение этой практики студенты могли побывать в связи с задачами программы и в школах и это было важно. Они впервые вступали в школу, как воспитатели. По программе практики студенты проводили "круглые столы" по проблемам международного положения, по разным интересующим детей темам. Обязательно в программу общественно-политической практики была лекционная работа. И очники, и заочники должны были прочесть в коллективе не менее двух лекций. Провести их они могли при нашей помощи и руководящих документов. С огромным подъемом в летнее время проводилась практика в пионерских лагерях. Студенты проходили очень сильную подготовку к ней. Сейчас, наверное, даже трудно представить тот энтузиазм, с которым наши студенты приходили на установочную конференцию в настоящей пионерской форме и при галстуках. А потом они (поверьте) гордо под звуки оркестра проходи по главным улицам Гродно и весь город знал: студенты едут в пионерские лагеря работать. А какие замечательные отчетные материалы они привозили! Как сильно пополнялся их арсенал по воспитанию детей?

Педагогическая практика проводилась только в специально подготовленные ба­зовых школах и у лучших учителей. Перед практикой проводилась установочная конференция не только для студентов, но и для учителей и руководства школ, в которые студенты шли на практику. Трудно сейчас представить, на каком уро вне все это делалось. Но я скажу, что отношение студентов к практике было очень серьезным. После практики торжественно проводилась заключительная конференция. У меня остались фотографии, на которых в аудитории университета сидели и ведущие историйки города и учителя и даже работники органов образования. Да разве все расскажешь?

Вообще мы придавали огромное значение делу ознакомления студентов с прак­тикой работы лучших учителей города. Они проводили по программе методики преподавания истории для нас открытые уроки (попробуй теперь это организуй) и делились опытом своей работы. А ведь в городе работали в школах наши выпускники, многие – лучшие бывшие студенты: Р.А. Стальбовская (СШ №1.), З.П. Беленькая (Ерухимович) из СШ №4, С.М. Кроль из СШ №9 и другие.

Вся эта работа давала возможность привит студентам интерес к школе, в то время еще едким явлением было нежеланий после окончания вуза пойти на работу в школу.

Я часто вспоминаю, как перед студентами, уходящими на практику выступал декан Овчинников Алексей Прокофьевич. Невозможно без чувства глубокого ува­жения и памяти вспоминать этого человека. У Алексея Прокофтевича был большой жизненный опыт, хотя он вто время был пожилым человеком. Он был участником Великой Отечественной войны, воевал и в рядах Войска Польского и имел важ­ные награды. Он высоко оценивался по работе в партийном аппарате города, но именно на истфаке раскрылся наиболее глубоко его талант организатора и воспитателя. Будучи деканом факультетами очень умело руководил и кадрами и особенно студентами. Они очень любили и уважали его. В его кабинете пос­тоянно были члены комсомольского бюро факультета и в этом штабе, разраба­тывались весьма эффективные мероприятия по работе со студентами. Алексей Прокофьевич знал каждого студента Часто он вызывал к себе студента и говорил: "Давай познакомимся! начинался откровенный разговор обо всем, что касалось жизни студента. К нему шли за советом, он всегда вникал в проблемы студентов и помогал чётко и неукоснительно их решать. Он был великий оптимист, очень добрый и порядочный человек. Если надо, то мог сказать всё, сто думает о поступке того или иного человека. Я была тогда секретарём партбюро и мне работалось комфортно и как-то радостно. Он был близок людям тем, что был теплым человеком и весьма тактичным.

Вот он всегда и поднимал дух студентов перед практикой.

Вспомнила кое-что о практике и не могу теперь не сказать о женщине, кото­рую любила всем сердцем и всей душой – об Инне Анатольевне Карпюк. Я всегда брала школу для руководства группой студентов и никогда не ходи­ла на практику без Инны Анатольевны. Как можно сказать правильно – мы с ней были одного духа, мы сработались, и это было важно.

Она была светлым человеком и настоящим специалистом. Все в ней было привлекательно: её простота, её голос, поведение. Ведь она была дочерью извест­ной революционерки, члена КПЗБ Цыгельницкой, но никогда она не кичилась, не возносила себя. Она имела право на это. Её муже был писатель Алексей Карпюк, но и это она никогда не использовала в своих целях. Скромный и отменно порядочный человек. Она прекрасно знала школу, работала и учителем, и директором. Для студентов она была настоящим другом и советчиком. Я не ошибусь, если скажу, что на кафедре педагогики – это был главный человек, не она никому этого не показывала.

Во время педпрактики мы всегда были вместе. Она, как преподаватель от кафедры педагогики, могла и не бывать ежедневно в школе, ходить на уроки, но она никогда этого себе не позволяла. Разве (только тогда, когда были помехи). Практика – дело хлопотное: урок подготовь, отредактируй, на уроке посиди, и внимательно послушай, а потом обсуди со студентами качество урока. И вот наш тандем с Инной Николаевной был очень продуктивным. Мы вместе старались показать студенту его достижения, удачи и методические промахи и недостатки. Я особо хочу отметить, что Ляна Анатольевна имела право не анализировать урок с точки зрения методики преподавания, а только воспитательный процесс, но она никогда так не делала. А уж как она говорила со студентами – это надо было слышать. Глубоко и заинтересованно, требовательно, но очень тактично. На память студенту она каждый раз оставляла свои замечания и предложения на листке бумаги. Я всегда её очень внима­тельно слушала. Нам всегда работалось комфортно, мы понимали друг друга, и студенты это видели. К великому моему сожалению Инны Анатольевны нет. Но меня страшно мучит то, что я не могла с ней проститься: сама лежала в больнице, но память о ней постоянно в моем сердце.

Мне кажется, что замечательным на нашем факультете был опыт приглашения опытных сельских учителей для проведения нескольких занятий по методического преподавания истории – этот курс я и вела. У нас учился студент – заочник – Ракуть учился все годы на отлично и с красным дипломом продолжил работу в своей родной Новодевятковичской школе Слоним­ского района. Вот его, по разрешению руководства университета и факультета я и пригласила на неделю почитать студентам лекции, по проблеме новейших проблем изучения истории. Поселили его в гостинице, и он приходил к нам работать. Я и студенты слушали его с огромным вниманием. Ведь сколько раз­ных методических мудростей показал студентам он. Он был, как говорится, "прямо от станка", от своего учительского стола. Студенты переписывали его рекомендации и перечерчивали его наглядные пособия, схемы. Ракуть – автор одного из учебников по истории для средней шкалы.

Мне думается, что следует возродить такую практику, а заодно и педпрактику в сельских школа. В городе, конечно, организовать практику проще, но как бы обогатился опыт наших студентов, поработай они хотя бы немного с сельскими детьми!

Я знаю точно, что в нашей области работает немало наших выпускников – замечательных учителей. Хотела бы в качестве примера рассказать об одной такой учительнице – Тамаре Николаевне Смураго. В свое время она окончила известную Валевскую. школу ж окончила наш факультет с красным дипломом. Ей успехи были замечены и Яков Наумович предлагал ей направление в аспи­рантуру. Это был 1990г. Но семейные обстоятельства так сложились, что она вынуждена была отказаться от аспирантуры и вернулась учительницей в свою школу и вот уже много лет она работает там. Ее имя, её работа известны не только в Гродненской области, но и в Республике, и даже в Москве. Она не просто учитель, она серьезный исследователь, профессионально занимается во­просами краеведения и патриотического воспитания. Неоднократно принимала участие в различных конференциях, а за патриотическую работу награждена грамотой Министерства Обороны Республики Беларусь. Недавно на странице "Гродненской правды" была опубликована статья о Тамаре Николаевне Смураго под очень хорошим заголовком: «В Валевку за историей». Приходится диву даваться, сколько энергии у этого человека, сколько любви к родному краю, кото­рый она не покинула, хотя имела возможность. В разговоре со мной она сказа­ла: «Я ничуть не жалею, что осталась здесь. Здесь мой дом, моя работа, мои дети». И её – радуют ученики. Они участвуют в олимпиадах по истории и получают наг­рады. Тамара Николаевна поделилась сомной тем, что у нее сейчас есть уче­ники, которые мечтают стать историками и она их готовит к поступлению. Учитель высшей категории, она ничуть не тяготиться теми условиями, в которых живет и работает с огромной отдачей.

Наши студенты могут: гордиться нашим факультетом, во всех делах он всегда шел впереди. Жаль конечно, что теперь у наших студентов нет такой организа­ции, как комсомол. Пусть было немало недостатков в его работе, но главнее – он был организацией, которая объединяла, способствовала развитию коллекти­визма, взаимопомощи и настоящего товарищества.

А какие на факультете были комсомольские вожаки! Вот, например, Люда Лукинская. Лодырям, бездельникам с ней не могло быть уютно. Тем, кто старался отсидеться в сторонке это не удавалось. И сколько, замечательной работы делали наши комсомольцы: лучшая самодеятельность – у истфака, самые за­мечательные стройотряда – это историки. Где только они не побывали и сколь­ко всяких интересных дел вделали. Я отчетливо помню, как к загруженному народом Гродненскому железнодорожному вокзалу подходил поезда из окон вагонов загоревшие, радостные лица, а на подножке первого вагона Витя Мархилевия с развернутым знаменем в руке. Это приехали наши целинники с победой.

Мне вспоминается, как вернулись из стройотряда из Молдавии наши студенты. Сколько рассказав и впечатлений. И отчет комиссара отряда Марины Чикун, как рапорт с поля боя, который говорил об огромной работе, которые продела­ли ребята на полях Слободейского района. Теперь Марина – завуч одной из школ г. Гродно. Редко видимся, но забыть время совместной работы невозможно.

Больше сорока лет я проработала на кафедре истории славянских государств. Это большая жизнь! Моя кафедра была моим родным домом и мне казалось, что я никогда её не оставлю, страшилась: как же я буду жить без моих дорогих кол­лег? Грело те, что не сможет остановиться наша долгая связь с Людмилой Афанасьевной Колецей. Ведь практически вся моя жизнь в Гродно проходила рядом с ней. Мы одновременно работали в школе, часто встречались на методических совещаниях, делились опытом, фактически вместе вели знаменитый эксперимент по введению курса «Обществоведения», потом долгие годы работали в вузе. Названия кафедры менялись, а мы оставались вместе. Нас многое сближает. Людмила Афанасьевна такой человек, что ночью позвони и скажи – нужна помощь придёт, поможет. Сколько моих проблем было решено при активном участии Людмилы Афанасьевны. Мы и страдали вместе, поэтому как в песне: "И хлеба горбушку, и ту пополам". Это очень важно иметь такого друга! Вот почему и сейчас мы звоним друг другу, ибо нас интересует, как живём, какие проблемы, что делать?

С другими членами моей кафедры практически не вижусь. Я часто думаю, не­ужели не буду видеть Игоря Олеговича Змитровича – умницу, замечательного че­ловека и прекрасного собеседника. Неужели пролетели те годы, когда мы все вместе отдыхали, могли говорить часами и не наговориться? Как буду жить без – теплого голоса Светланы Ивановны Тягушиной? Задумываюсь: вспоминает ли меня Оля Проценко? Я помню вас всех – Марина, Слава Леоновец и Слава Швед – ведь все вы были долгие годы моими коллегами и всегда рядом. Как же буду жить? А вот ведь – живу!

В последние 2 года я работала на кафедре археологии и этнологии – уж так получилось. Но и там были все свои, родные, наши бывшие студенты - Сережа Пивоварчик, Игорь Федоров. Гена Семенчук, Саша Добриян. Мне и там было непло­хо, но сердце тянулось на свою старую кафедру, и вот ведь живу!

Счастья и добра тебе мой родной университет и вам мои коллеги!

Я, как один из старейших работников факультета, горжусь, что истфак обучил и подготовил к активной деятельности много замечательных работников и они трудятся на разных участках и в различных областях нашей жизни, успешна решая серьезные общественно-политические и обучающие задачи, занимал руко­водящие должности. Разве можно не радоваться, что истфак открыл дорогу в науку многим своим выпускникам, и они становятся доцентами, докторами на­ук и профессорами. Вот на смену старшему поколению на должность заведу­ющего кафедрой истории БССР пришла доктор исторических наук Светлана Ва­лентиновна Морозова. Я знаю, что у молодых больше задора ,инициативности,  более объективное видение современных задач. И помню Светлану Валентинов­ну еще маленькой, когда она с отцом, тоже работником нашего вуза, приходила на праздничную демонстрацию. И как можно было, взглянув вдаль, увидеть, что эта худенькая девчушка проявит столь сильный характер, прейдет через – все трудности и своей целеустремленностью и умением настойчиво трудиться с отличием закончит наш университет, а потом станет сначала кандидатом наук, а потом и доктором исторических наук. Её отец был бы рад за дочь. Но, зная её характер мог предвидеть её победу. Ведь он сам, пройдя долгую дорогу че­рез педучилище, учительскую работу, заочное обучение в БГУ им. Ленина, аспи­рантуру, педагогическую деятельность в Гродненском пединституте в 1971 г. защитил кандидатскую диссертацию. К сожалению, он мало пожил, но знаю, что гордился бы своей дочерью. Теперь и сын Светланы Валентиновны иторик. Он окончил наш истфак, магистратуру и теперь аспирант. Педагогическая династия Мо­розовых продолжается.

Доктором исторических наук стала и Светлана Куль-Сильверстова и отдала свое сердце родному краю, борясь за сохранность его исторического наследия.

Это высокое звание получили также истфаковцы Александр Федорович Смоленчук. Мы можем гордиться и Виктором Николаевичем Ватылем, который в настоящее время является первым в Гродно доктором политических наук, профессором. А вед теперь он также заведующий кафедрой нашего универ­ситета.

Буквально на пороге защиты докторской диссертации Эдмунд Станиславович Ярмусик. Он родился совсем близко от Гродно и мечтал стать учителем. Вид­но замечательные были его учителя, если он с детства полюбил эту нелегкую специальность. Он сразу поступил в Волковысокое педучилище и стал работать учителем начальных классов. Отслужил, как и трудно представить, какую роль играл в школе пионерский вожатый. Это был в воспитательной работе почти главный человек, ибо от самым теснейшим образом был связан с каждым пионером. Вот и отдал Эдмунд Станиславович в СШ№1 – в моей родной школе – пионервожатым. И именно в это время стал учиться на за­очном отделении ГрГУ. Я очень хорошо помню, как он учился, как он был студен­том. Настойчивый и упорный, всегда собранный и готовый участвовать в учебной работе. И очень важно отметить, что проявлял самые замечательные человеческие качества: был корректным, предупредительным и очень добрым.

Теперь, когда он стал деканом исторического факультета, ему эти качества помогут решать разные студенческие задачи. Бывают люди, которые могут да­же мимо очень знакомого человека пройти, как мимо столба. Эдмунд Станиславович уважает людей, внимателен к состоянию человека, поговорит с ним и послу­шает его. Если надо подбодрит и предложит помощь. Главное люди. А их надо беречь.

Эдмунд Станиславович с отличием закончил наш факультет, работал в ком­сомольском и партийном аппарате, занялся наукой, стал кандидатом наук. И те­перь на очереди докторская диссертация. Хочется от всей души пожелать ему успеха!

Наших выпускников можно встретить везде. В горисполкоме Сашу Калачева, замечательного человека – Таню Полудень. В институте повышения квалификации при ГрГУ Николая Леонтьевича Евдокименко – изумительно чуткого и теплого человека. На кафедре педагогики работает Толя Кардабнев – настоящий педагог.

Трудно назвать всех, кого знаю, помню и могу рассказать.

Дорогие выпускники истфака, счастья и вам и успехов. Вы – наша жизнь и наша гордость. Светлого вам пути и человеческого счастья!

Facebook Vk Ok Twitter Whatsapp

Похожие записи:

Демидова Ида Ивановна Чувашский государственный университет имени И.Н. Ульянова г. Чебоксары Слово и дело в наследии П.В. Денисова Аннотация: в воспоминаниях выделяется вклад П.В. Денисова в под- готовку профессиональных кадров ученых-этнографов, содержатся ун...