Толерантность как принцип межкультурной коммуникации: идеалы и реальность в студенческой среде

Происходящие в современном мире экономические и политические процессы приводят к изменениям не только в сферах их непосредственного протекания, но и в сфере культуры. Трансформации подвергаются многие аспекты, в том числе и научные дефиниции, посредством которых описываются события или которые являются основополагающими при выборе стратегии на макро- и микро- уровнях (политика стран  или ориентиры личностного поведения). Это касается и такого широко пропагандируемого  понятия как  «толерантность». Результаты социологического анализа, проведенного автором данной статьи под руководством кандидата социологических наук, доцента кафедры социологии Волгоградского государственного университета (ВолГУ) Николенко Наталии Александровны позволили констатировать, что толерантность стала интерпретироваться студентами высших учебных заведений в нескольких ракурсах: 1. Как категория с расширенным спектром свойств, проявляемых в межличностных отношениях. Понимание толерантности вышло за рамки представлений просто терпимости и в расширенном виде, позволяя фиксировать различную степень отношений к представителям иной группы: «Терпимость к другим, даже если они Вам не нравятся» (54%), «принятие другого независимо от его нетрадиционной ориентации» (34,6%), «способность поставить себя на место другого»(44,6%) [1]. 2. Как ценность иной культуры, не способной отразить существующие реалии данного общества. И, хотя, процент респондентов, придерживающихся точки зрения, что «толерантность – западноевропейская ценность, непригодная для России» незначителен (5,1%),  все же их наличие заставляет посмотреть на толерантность с других позиций (не с общепринятой точки зрения восприятия незыблемости ценностей западной культуры, как неотъемлемой части демократии, а как на ценность, подвергающуюся переоценке и переосмыслению на предмет дееспособности в условиях России – страны имеющей богатый  опыт межкультурной коммуникации и устройства общественной жизни на принципах интернационализма). Именно по этой причине студенты отмечали, что представления о толерантности не могут быть незыблемыми, они видоизменяются, т.е. толерантность «конструируются» под влиянием внешних условий и осуществляемых социальных практик. 3. Как ситуационная или устоявшаяся практика поведения индивидов. Толерантность выступает этической нормой, одним из пунктов этического кодекса, основой для реализации практик взаимодействия, поведенческой стратегией. И в этой связи актуализируется проблема: «Как можно быть толерантным ко всем, ведь часто принцип «толерантности» декларируется как принцип терпимости к другим?». Рекомендации на этот счет можно найти в работах целого ряда ученых. Например, Г.У. Солдатова выделяет следующие показатели толерантности      [2, с. 25]:

  • Равноправие, то есть равный доступ ко всем благам.
  • Сотрудничество и солидарность  в решении проблем.
  • Взаимоуважение членов группы и общества.
  • Возможность следовать своим традициям для всех культур, представленных в данном обществе.
  • Позитивная лексика.
  • Создание позитивного образа своей культуры, уважение традиций других культур.

Как показывает практика, реализация этих принципов в жизни социума не всегда осуществляется. Что касается студенческой среды, то в результате вышеупомянутого анкетного опроса и фокус – групп, проведенных автором, были зафиксированы типы толерантности в студенческой среде, ранее выделенные Э.В. Бимбаевой [3], но их проявление имеет некоторые особенности:

А) Активная межэтническая толерантность. Проявилась среди «студентов – активистов», которые были открыты в общении, в том числе и к межэтническим контактам, позитивно оценивали образ других представителей. В то же время проявилась и специфика. Так, некоторые «студенты-активисты», участвуя в организации мероприятий, хоть и были открыты в общении, все же настороженно относились к студентам других национальных составов и, следуя стереотипным клише, и избегая конфликтов  при распределении, группировали студентов-участников по национальному признаку. Другими словами, проявляла себя и толерантность «на расстоянии» (о которой будет сказано несколько позже).

Б) Пассивная межэтническая толерантность – при ярком отсутствии конфликтов, студенты склонны общаться только с представителями «своей», а не «чужой» этнической группы, сохраняя позитивное отношение к представителям иноэтнических групп. Однако студенты хоть и сохранили позитивное отношение, но все же имели «этнические субъекты неприязни» и разделяли людей на «свой – чужой».

В) Толерантность избирательная, «на расстоянии» – проявляется в том, что студенты общаются между собой, основываясь на выборе этнической принадлежности (« я толерантен к вам, но участвуйте в жизни вуза отдельно, на расстоянии от меня».

Г) Толерантность вынужденная - межэтнические контакты возникают под давлением обстоятельств, когда среда высшего учебного заведения не позволяет вести себя «иным образом», а принуждает «вести себя соответственно», хотя в других бы ситуациях вел себя по – иному. Как отметили участники фокус – групп, если бы не сама  среда высшего учебного заведения, санкции и легитимированные действующие традиционные коммуникационные практики, они бы в различных конфликтных ситуациях применяли «насилие» как способ решения конфликтных ситуаций [4]

Таким образом, анализ приведенных типов толерантности и специфика их проявления в пространстве вуза позволили рассмотреть толерантность   в качестве поведенческой стратегии[5].

Весьма важным, на наш взгляд, представляется и рассмотрение оценочных суждений студентов, которые показывают установки на осуществление толерантного/интолерантного поведения. Так, меньше половины студентов (38,6% опрошенных) полностью не согласны с тем, что «Россия должна принимать всех желающих жить и работать здесь, независимо от национальности и вероисповедания». Объяснения были следующие: «мигранты составляют конкуренцию на рынке труда, занимают рабочие места и  места в вузе, формируют новые типы взаимоотношений, непригодных для российской действительности». 16,1% опрошенных придерживаются следующих позиций: «они скорее не согласны с данным суждением», чем «согласны». Это свидетельствует о неярко выраженных интолерантных установках. В свою очередь 21,1% респондентов имеют установку на «толерантность», как ценность, и не видят ничего плохого в том, что все желающие будут проживать на территории их страны. 8,8% – скорее согласны с данным высказыванием, чем ре согласны. 8,6% опрошенных полностью согласны с данным высказыванием; 6,8% затруднились ответить на данный вопрос, что свидетельствует о еще не сформированной позиции студентов по отношению к представителям другой национальности, вероисповедания, приехавшим в Волгоградскую область из-за рубежа [5].

Интересна и позиция студентов по поводу того, какие поведенческие стратегии они используют в ситуациях, когда представители иного национального состава и вероисповедания ведут себя не в соответствии с принятыми в данном обществе нормами. Большинство опрошенных (56,4%) не обращают никакого внимания, не делают замечания, нейтрально реагируют на «несоответствие нормам» в данном обществе. Детерминантами подобного поведения, как указали респонденты, являются устоявшиеся стереотипы: лучше не лезть и использовать стратегию «уступок» или «приспособления», чем делать замечания,  так как могут быть отрицательные последствия. Только лишь 2,9% стараются поставить мигрантов на «место», «указать на ошибки». Из них 21,8%, если считают необходимым, то делают замечания; 18,88% опрошенных  либо затруднились ответить, либо выбрали другой вариант ответа: придерживаюсь нейтрально-безразличных позиций или  я промолчу, хотя «в чужой монастырь, со своим уставом не ходят».

Проводя анализ суждения: «Нет ничего плохого в том, что в Россию приезжают представители разных национальных составов», заметим, что 27.9% опрошенных полностью не согласны с данным высказыванием, 19.6% скорее не согласны с этим суждением, что говорит о том, что установка «свой» – «чужой» фигурирует в сознании студентов, 34, 8% – не согласны с этим высказыванием, 17,7% опрошенных ответили, что безразлично относятся к этому суждению, и ни один из опрошенных не согласился с этим оценочным суждением, что говорит о толерантности на «подсознательном уровне», не проявляющейся в поведенческих стратегиях. Отвечая на вопрос: «Влияет ли национальность на общение, определяет ли она личностные качества человека?», более половины опрошенных (63,1%) отметили, что эти аспекты влияют  на выбор стратегий при социальных взаимодействиях и определяют личностные качества человека (студенты избирают определенные тактики поведения при общении с представителями иных национальных составов), 31,3% не считают, что национальность определяет и общение, 5,6% ответивших занимают нейтрально-безразличную позицию по данному суждению. Возможно, это связано с тем, что  фигурирует низкий уровень этнической толерантности, влияющий на создание образа (позитивного или негативного)  своей культуры и культуры других народов.

Внимание заслуживает и суждение «Чем меньше учебных мигрантов, тем лучше», анализ результатов высказывания студентов по этому поводу позволял выявить отношение студентов к мигрантам, как представителям иного национального состава и вероисповедания, культурных норм и традиций, обучающихся непосредственно в высшем учебном заведении. И здесь превалируют варианты ответов: «согласен» (21,8%), «полностью согласен» (27,1%), «скорее согласен, чем не согласен» (22,5%), что показывает явную негативную установку по отношению к учебным мигрантам. При этом, как видно, преобладающее большинство опрошенных имеют четко выраженную позицию и полностью согласны с данными высказываниями. Предположим, что это связано с высокой конкуренцией в среде вуза (желанием стать обладателем высокого «образовательного» капитала, ограниченными ресурсами вуза и  действующими статусными и ролевыми фильтрами). Вероятно еще и поэтому отношение  некоторых студентов к мигрантам сугубо отрицательное (они считают, что чем меньше учебных мигрантов, тем лучше). В то же время, 18,2% и 10,3% опрошенных «полностью не согласны» или «скорее не согласны с данным суждением». То есть и такие студенты, которые положительно относятся к мигрантам.

Суждение «Россия только для русских» для респондентов является некорректным и в принципе не приемлемым: так 31,8% опрошенных категорически не согласны с данным высказыванием; 13,9% «скорее не согласны, чем согласны», 36,1% занимают нейтрально-безразличную позицию по данному суждению. Это позволяет говорить о том, что, несмотря на то, что многие студенты относятся отрицательно к мигрантам, все же придерживаются позиции, что многонациональный состав для России естественное «нормальное» состояние. В то же время, на наш взгляд, немалый процент составляют и согласившиеся с данным высказыванием (18,2%). По нашему мнению, необходимо проводить определенную воспитательную работу, чтобы число респондентов данной группы уменьшилось и ни в коем случае не увеличивалось. Потому как исторически сложилось так, что на территории нашей страны проживают люди разных национальностей и вероисповедования. А в условиях глобализации и усиления миграций индивиды должны научиться жить в многонациональном обществе.

Важным является также аспект участия студентов в общественных организациях, ставивших перед собой задачу  поддержки мигрантов или выступающие против них. На вопрос: «Поддерживают ли они какие-либо общественные организации, которые выступают против миграций и «чужих» на своей территории?» больше половины студентов (53,2 %) ответили, что не знакомы с деятельностью таких организаций. Что позволяет утверждать, что на территории региона подобные организации  либо не существуют, либо активно не проявляют себя. Это позитивный факт. Однако, 25,4 % опрошенных знакомы, слышали о деятельности таких организаций,  но не поддерживают их политику. Несмотря на то, что подавляющее большинство респондентов не знакомы с деятельностью таких общественных организаций, тем не менее, 21,4% выступали в качестве участников на митингах или оказывали поддержку мигрантам посредством волонтерской деятельности [5].

Что касается влияния возраста на распределения уровня этнической толерантности, то выявилась любопытная закономерность. С первого по третий курс удельный вес группы толерантных студентов снижается (с 26% до 22%), а удельный вес группы интолерантных, напротив, растет (с 13% до 27%). Однако на четвертом курсе все неожиданно возвращается к исходному состоянию: среди студентов четвертого курса толерантных вдвое больше, чем интолерантных (27% и 14%, соответственно). Для основной массы студентов образ приезжего ассоциируется, прежде всего, с временными или новоприбывшими мигрантами, тогда как этнические мигранты-старожилы, уже «вписавшиеся» в городской социум.

Подводя итог всему вышесказанному, отметим: сегодня толерантность уже выступает не просто как ценность терпимости, а как концепт, формируемый под влиянием ряда факторов (семьи, школы, вуза, жизненного опыта индивидов, политики государства и стран международного сообщества  и прочее), то и его содержание  подвергается переосмыслению и переоценке.  И как следствие использование данного концепта в виде основы  при выборе поведенческих стратегий индивидов раскрывает новые возможности для осуществления воспитательной работы в студенческой среде.

Я.И. Серова

 

The article focuses on focuses on the analysis of the transformation of the concept of «tolerance». The author, based on the results of sociological research conducted in the provincial town of the Russian Federation in 2015, identifies the types of tolerance and strategies of tolerant behavior of students, also points on the university role in the formation of the students' abilities to a positive perception of different cultures and faiths and constructing positive social skills practices in a multinational environment.