Именные благотворительные комитеты в годы Первой мировой войны (на материалах Казанской и Симбирской губерний)

Блиняев Семен Николаевич Широков Олег Николаевич Чувашский государственный университет имени И.Н. Ульянова

г. Чебоксары

 

Аннотация: в статье дается краткий обзор региональной историо- графии проблемы благотворительности именных комитетов. Предмет ис- следования рассматривается на основе неопубликованных архивных и опубликованных печатных источников, дающих исчерпывающе полное представление о создании и благотворительной деятельности именных комитетов императорской династии, частных лиц на территории Чувашии в годы Первой мировой войны. Уделено внимание направлениям, видам и формам их деятельности.

Semen Nikolayevich Blinyaev Oleg Nikolayevich Shirokov

I.N. Ulyanov Chuvash State University

Cheboksary

IMPERIAL NAMED CHARITY COMMITTEES IN KAZAN AND SIMBIRSK PROVINCES DURING THE FIRST WORLD WAR

Abstract: the article gives a brief overview of the regional historiography of the problem of imperial named charity committees. the subject of the study is considered on the basis of unpublished archival and published printed sources, giving a comprehensive picture of the establishment and charitable ac- tivities of the named committees of the Imperial dynasty, as well as the chari- table work of private individuals in the territory of Chuvashia during the First World War. Attention is paid to the directions, types and forms of these activi- ties.

 

В научной среде нет специальных работ, посвященных деятельности именных благотворительных организаций императорской фамилии, част- ных лиц и учреждений опеки, находившихся под покровительством цар- ственных особ на территории Чувашского края в годы Первой мировой войны. Имеются лишь отрывочные сведения в работах А.Г. Николаева, А.В. Изоркина, сотрудников чувашского здравоохранения М.А. Бретки- ной, Е.А. Ванюшкина, В.Ф. Шибаевой и коллективной монографии, по- священной истории города Чебоксары под редакцией И.И. Бойко. Неизу- ченность вопроса придает новизну исследованию данной проблематики и делает её весьма актуальной. Цель настоящей статьи авторы видят в по- пытке рассмотреть на основе архивных и опубликованных печатных ис- точников вопрос о масштабах, формах и сроках предоставления благотво- рительной помощи инвалидам, раненым, больным, беженцам, воинам действующей армии именными комитетами императорской фамилии и частных лиц. В научный оборот были введены многочисленные архивные документы фондов №46, 79, 82, 86, 507 ГИА ЧР, фондов 76 и 636 Госу- дарственного архива Ульяновской области, позволившие написать дан- ную статью. Данное исследование осуществлено на основе анализа зако- нов, указов и циркуляров центральной власти, входящих и исходящих до- кументов именных комитетов императорской фамилии, отношений и рас- поряжений городских, земских управ и волостных правлений.

 

Милосердная деятельность представительниц правящей династии дома Романовых в Российской империи, сближая власть и народ в испы- таниях военного времени, являлась мощной нравственной и консолиди- рующей силой [10. С. 84]. В рассматриваемый период на территории Чу- вашии были организованы и действовали множество именных благотво- рительных комитетов Императорской фамилии. 14 сентября 1914 г. был основан особый именной комитет под председательством «Ее Император- ского Высочества Великой княжны Татьяны Николаевны», дочери по- следнего императора династии Романовых Николая II, целью которого было оказание помощи беженцам, их регистрация, размещение, трудо- устройство и содействие отправлению на родину или в другое место по- стоянного жительства. Татьянинский Комитет оказывал временную по- мощь беженцам, открывал сиротские приюты и другие благотворитель- ные организации для перемещенных лиц, утративших трудоспособность, содействовал устройству их в богадельни. Попадали в сферу его деятель- ности также раненые солдаты. Комитет учредил Центральное Всероссий- ское Бюро по регистрации беженцев, создав в провинции отделения из местных землевладельцев, учителей и священников. Так, например, уездное отделение в г. Алатыре возглавил П.Ф. Соловьев, председателем Буинского уездного отделения стал В.Л. Персиянинов. В сельской местности при Буин- ской земской управе возникли волостные комитеты: на ст. Батырево (предсе- датель Г.Т. Степанов), Муратовский на ст. Тучаево (председатель К. Васи- льев), Турганкасинский (В.Е. Нелидов), Хомбусь – Батыревский на ст. Иб- реси (Г. Мамонтов), Шихиардановский на ст. Батырево (Бурнашев); при Алатырской земской управе – Кладбищенский (Н.Я. Астафьев) и Пром- зинский (М.М. Андреев) [1. Д. 1153. Л. 3, 55, 58]. Розыском потерявшихся детей беженцев занимался Особый отдел Комитета. Согласно выписке из доклада председателя Комиссии об удовлетворении нужд  беженцев  А.О. Кони Особому Совещанию по устройству беженцев полная несогла- сованность действий военных и гражданских властей по эвакуации и направлению беженцев в определенные места жительства и «резкие бес- порядки» на железных дорогах, выразились в огромном количестве детей, потерявших родителей в местах стоянки поездов, отходивших со станций без всякого предупреждения. По сведению Бюро Латышской националь- ной организации в Риге, Валке, Вендене за «первые 7 недель движения беженцев» было сделано 2504 заявления о пропавших детях, в результате розысков которых за тоже время были найдены родители в 1070 слу- чаях [1. Д. 1153. Л. 20]. Всего до 18 января 1916 г. в стране было произве- дено 12649 розыска потерявшихся детей, из которых Особым отделом Та- тьянинского комитета найдено 6299 человек, а Бюро Городского и Зем- ского Союзов – 3696 [1. Д. 1153. Л. 30–30 об]. Вскоре в Алатыре Комите- том был открыт городской детский приют [Там же. Л. 58]. На свои сред- ства Комитет выпускал справочник, где содержалась информация обо

 

всех правительственных, общественных и частных организациях, оказы- вавших помощь беженцам [5. Д. 1383. Л. 26; 6. Д. 1008. Л. 153]. Комитет организовывал выставки «беженских изделий», выполненных кустарным способом в мастерских, на заводах и других промышленных предприя- тиях. Одна из таких выставок должна была пройти 1 января 1917 г. На ней были собраны «всевозможные предметы, изображающие скорбный путь беженца под напором врага» и его водворение на новом (временном) ме- сте жительства, т.е. различные фотографии, альбомы, диаграммы и карто- граммы, в особенности по школьной, санитарной и строительной отрас- лям. Перечень образцов работ беженцев на выставку по тематике был сле- дующим: 1) женское рукоделие; 2) белье и одежда; 3) обувь из кожи, дерева, веревок, лыка; 4) переплетное и картонажное дело; 5) столярное и токарное ремесла; 6) ткацкое и текстильное дело; 7) слесарное и кузнечное дело; 8) корзиночное и кулечное ремесла; 9) злаки и семена с ферм и участков, наня- тых для беженцев; 10) военная оборона; 11) произведения искусства и учеб- ные пособия [5. Д. 1387. Л. 221–223 об]. Для ведения своей деятельности комитет использовал пожертвования, субсидии губернских отделов коми- тета и суммы, полученные от продажи открыток, флагов, лотерей и показа спектаклей. Уже 31 октября 1914 г. Цивильская городская дума перевела 100 руб. из запасного капитала города на лицевой счет Татьянинского ко- митета  по  оказанию  помощи  «пострадавшим   от   военных   бед-   ствий» [4. Д. 364. Л. 306]. Чебоксарская городская управа в январе 1915 г.

сделала отчисление Комитету в размере 25 рублей [5. Д. 1358. Л. 133]. Та- кое же пожертвование в 25 рублей сделала в пользу комитета Чебоксар- ская городская дума в сентябре 1915 г. [5. Д. 1358. Л. 387]. Всего же с   20 октября 1915 г. по 1 января 1918 г. на счет Чебоксарского уездного от- деления Всероссийского комитета помощи пострадавшим поступило де- нежных средств на сумму 6497 руб. 28 коп. [5. Д. 1424. Л. 1]. Источниками финансирования были следующие организации и их благотворительные акции: 1) Казанское губернское отделение Комитета выделило 5998 руб. 80 коп. на оказание первой помощи беженцам, содержание школы для их детей и закупку белья и одежды; 2) Чебоксарская земская управа назна- чила пособий на сумму в 100 рублей; 3) Мариинско-Посадский комитет помощи беженцам постановкой концерта 12 января 1916 г. выручил от продажи билетов 83 руб. 34 коп.; 4) заведующие Икковским двухкласс- ным, Карачевским двухклассным училищами и член Чебоксарского отде- ления Комитета А.И. Морозов организовали постановку спектаклей и ли- тературно – музыкального вечера, которые принесли благотворительных сборов на сумму 219 руб. 29 коп.; 5) Покровское волостное правление от- правило Комитету 23 января 1917 г. сумму в размере 88 руб. 11 коп., по- лученную от продажи хлеба и холста; 6) личное пожертвование беженки Федосии Кондратюк – 8 руб. 64 коп. [5. Д. 1424. Л. 8 об.–9]. Уже с зимы

 

1914 г. во всех волостях Алатырского уезда шел добровольный сбор де- нег, хлеба (ржи, овса, муки), холста, белья (нательных рубах), обуви, одежды (полушубков), обмундирования, перчаток и полотенец в помощь жертвам войны и в благотворительные кассы Красного Креста. Одновре- менно во всех церквах уезда во время литургии производился кружечный сбор деньгами [2. Д. 4. Л. 3–28, 37]. Благотворительная деятельность шла и в Козьмодемьянском уезде. Так, 5 января 1916 г. Козьмодемьянское от- деление Комитета просило Янгильдинское волостное правление «собран- ную в сбор «Ковш зерна» рожь, ячмень и пшеницу размолоть в муку … и направить в Козьмодемьянск … картофель и капусту направить в распо- ряжение Акрамовского и Сюндырского попечительств, которые распре- делят её между беженцами» [3. Д. 531. Л. 15, 17]. Курмышское отделение комитета имело на балансе к февралю 1917 г. 9802 руб. 50 коп., а Цивиль- ское – 7183 руб 40 коп., из которых на денежные пособия за 2,5 года было выделено 3460 руб. 65 коп. Эти мизерные средства, которыми распола- гали уездные отделения комитета, не способны были серьезно повлиять на тяжелое финансовое положение беженцев [8. с. 15].

15 января 1915 г. товарищ председателя Скобелевского Комитета, «со- стоявшего под высочайшим покровительством Его Императорского Вели- чества», генерал-лейтенант Данилов просил П.Ф. Ефремова оказать содей- ствие в распространении иллюстративного издания «Календарь» – «II Оте- чественная война по рассказам её героев». Комитет занимался выдачей пособий солдатам, потерявшим на войне способность к труду, и весь до- ход издания шел на устройство и содержание инвалидных домов. Целью издания было «дать действительно художественное, популярно и прав- диво изложенное описание текущей великой освободительной войны про- тив германизма, выпавшей на долю исторической защитницы и собира- тельницы славян, нашей великой родины – России». Текст издания со- ставлялся по подлинным рассказам участников войны известными рус- скими литераторами, рисунки были выполнены лучшими Петроград- скими иллюстраторами и художниками, на основании имевшихся фото- графий, по «наброскам и другим бесспорным документам с театра воен- ных действий» [5. Д. 1358. Л. 48–49 об]. Комитет распространял большой календарь с художественно исполненными иллюстрациями «по способу глубокой печати» с портретом «Его Императорского Высочества Великого Князя Николая Николаевича» ценой в 1 руб. 50 коп [5. Д. 1359. Л. 301]. Ко- митет также выпускал альбом под названием «Зверства противника», из- давая его «по образцу лучших английских изданий». Стоимость одного экземпляра составляла 15 рублей [5. Д. 1387. Л. 136–136 об]. По распоря- жению П.Ф. Ефремова Чебоксарская городская управа «выкупила» у Ско- белевского Комитета четыре «Календаря II Отечественной войны», а по- лученную сумму в размере 4 руб.  50  коп.  перевела  на  её  лицевой  счет [5. Д. 1358. Л. 460]. С разрешения губернатора Земским начальником

 

3-го участка Козьмодемьянского уезда 21–23 апреля 1916 г. был произве- ден кружечный сбор пожертвований на устройство лечебных здравниц для больных и раненых воинов и приобретение подарков для солдат. Было собрано в пользу больных и раненых воинов 11 руб. 35 коп., а на по- стройку Дома инвалидов в Казани 16 руб. и «ожидается в текущем году 50 рублей» пожертвований [3. Д. 531. Л. 18, 20].

19 июня 1915 г. крестьянами с. Старые Айбеси и д. Малое Чеменево той же волости было пожертвовано 3 руб. 10 коп. на имя председатель- ницы Комитета по содержанию санитарного поезда имени Русского сол- дата Татьяны Петровны Мятлевой. Устав Комитета был учрежден 31 ок- тября 1914  г.  Петроградским  Градоначальником  генерал-майором  А.Н. Оболенским. Комитет занимался перевозкой с передовых позиций раненых воинов, предоставляя им в пути при санитарной эвакуации уход,

«удобства» и профессиональную врачебную помощь. К маю 1916 г. поез- дом Русского солдата было перевезено около 5 тыс. раненых и больных воинов [7. Д. 36. Л. 72–74]. Из доклада Особого Комитета по усилению военного флота – морского и воздушного, составленного статским совет- ником Андреевым и капитаном 1-го ранга Верховским, от 29 марта 1916 г. видно, что они получили пожертвование от сельских жителей шести во- лостей Буинского уезда в размере 1300 руб (ныне – Батыревский, Комсо- мольский, Шемуршинский и Яльчикский районы Чувашской Респуб- лики). Председатель Комитета Великий Князь Александр Михайлович сделал распоряжение наградить Муратовскую волость, пожертвовавшую 600 руб. на создание военного воздушного флота, золотым нагрудным знаком, учрежденным 25 июня 1912 г., а Батыревскую, Тархановскую, Шамсинскую, Шемуршинскую и Шихиарданскую волости, собравших по 100 руб., серебряным нагрудным знаком [7. Д. 46. Л. 100–101]. Делались городскими властями пожертвования и на укрепление обороноспособно- сти страны. Так, например, 16 августа 1915 г. Цивильская городская дума ассигновала «из остатков свободного кредита» 100 руб. на «оборудова- ние» в г. Казани завода, занимавшегося изготовлением предметов воен- ного снаряжения [4. Д. 364. Л. 281].

К 21 апреля 1916 г. в г. Симбирске «под Августейшим покровитель- ством Великой Княгини Марии Павловны» были организованы портняж- ная и сапожная лазаретные мастерские при «трудовом пункте» с привлече- нием к работам увечных воинов, потерявших одну или обе ноги. Комитет Ве- ликой Княгини Марии Павловны занимался заготовкой предметов одежды для увольняемых на родину воинов и учреждением лазаретных мастерских, первые из которых появились в г. Петрограде. Опыт обучения увечных вои- нов сапожному и портняжному мастерству давал плодотворные результаты: продукция  их ремесла находила  сбыт  при хорошем  заработке,   возвращая

«доблестных защитников родины … к новой полезной деятельности, … име- ющей огромное экономическое значение» [7. Д. 20. Л. 45–47]. Как видно из

 

переписки Буинского Воинского Начальника с Тархановским волостным правлением от 2 ноября 1916 г., в уезде шёл набор инвалидов, комиссо- ванных от службы, на двухмесячные курсы при Казанском Промышлен- ном училище по мыловарению и приготовлению колесной мази, ваксы и чернил. «Уволенным вовсе от службы» предлагались также должность учителя гимнастики при Арском высшем начальном училище с окладом жалованья в 160 руб. в год при 4-х часах занятий в неделю и должность сторожа с окладом жалованья в 240 руб. в год «при готовой квартире» с отоплением и освещением. Позже появилась вакантная должность истоп- ника при Казанском Университете с жалованьем 21 руб. в месяц с кварти- рой для проживания. Здание университета отапливалось централизованно жидким топливом; каждому нижнему чину выдавалась «рабочая пара»: пиджак и шаровары [7. Д. 20. Л. 94].

В Цивильске действовал также «Ольгинский детский приют трудо- любия», названный в честь Великой княжны Ольги Николаевны. В аренду ему был сдан без торгов участок пашенной земли за 30 рублей. Такие обособленные убежища для призрения детей обоего пола, оставшихся без надзора и пристанища, стали организовываться по всей Российской импе- рии после издания Николаем I указа в 1895 г. К 1910 г. в Империи дей- ствовало уже 36 приютов. Основной целью созданного приюта было сде- лать из детей преступников и круглых сирот трудолюбивых и честных людей, знающих «какую-либо отрасль хозяйства или ремесло». Обучали здесь детей грамоте, земледельческим, преимущественно огородным, ра- ботам и несложным ремеслам [9]. С 1 января 1915 г. по 1 января 1916 г. в Ци- вильский приют поступило пожертвований на сумму 771 руб. 39 коп.: пособий от Цивильской уездной земской управы – 250 руб., Цивильской городской управы – 280 руб. 61 коп., волостных правлений – 117 руб. 78 коп., пожертво- ваний от 23 Действительных членов приюта – 115 руб., от председателя Ци- вильской земской управы Н.А. Абалымова – 5 руб. [4. Д. 380. Л. 57; 16].

Таким образом, в рассматриваемый период на территории Чуваш- ского края филантропической деятельностью занимались, кроме государ- ственных и общественных организаций, именные комитеты император- ской династии. Они старались оказывать действенную помощь всем кате- гориям нуждающегося населения, являясь организационными и коорди- нирующими центрами в сфере благотворительной деятельности. Подводя итоги, необходимо отметить, что центральная власть и императорская ди- настия, создав благотворительные организации в ходе войны, из-за значи- тельного роста числа нуждавшихся в помощи оказывались нередко не в состоянии финансировать их, опираясь в данной сфере деятельности на общественную и частную инициативу, выражавшуюся в многочисленных благотворительных акциях и сборах пожертвований. Хорошо налаженная

 

координация деятельности местных отделений именных комитетов с цен- тральными органами учреждений позволила наладить бесперебойную на ниве благотворительности работу практически до конца войны.

Литература

  1. Государственный архив Ульяновской области (далее ГАУО). Ф. 76. Оп. 1.

Д. 1153.

2. ГАУО. Ф. 636. Оп. 1. Д. 4.

3. ГИА ЧР. Ф. 46. Оп. 1. Д. 531.

4. ГИА ЧР. Ф. 79. Оп. 1. Д. 364, 380.

5. ГИА ЧР. Ф. 82. Оп. 1. Д. 1358, 1359, 1383, 1387, 1424.

6. ГИА ЧР. Ф. 86. Оп. 1. Д. 1008.

7. ГИА ЧР. Ф. 507. Оп. 1. Д. 20, 36, 46.

  1. Николаев Г.А. Организация помощи семьям солдат и беженцам в годы Пер- вой мировой войны (1914–1917 г.) (по материалам Чувашии) // Проблемы истории сельского хозяйства и крестьянства в Чувашии. – Чебоксары: Чуваш. кн. изд-во, 1987. – С. 5–18.
  2. Ольгинский приют трудолюбия [Электронный ресурс]. – Режим доступа: www .izh. ru /info/16527.html (дата обращения: 26.05.2018).
  3. Шибаева В.Ф. Милосердные сестры августейшей семьи / В.Ф. Шибаева, М.А. Бреткина, Е.А. Ванюшкин // Здравоохранение Чувашии. – 2014. – №3. – С. 84–86.