Беларусь в годы Второй мировой и Великой Отечественной войн (проблемы изучения и интерпретации в славистике Великобритании в 40-х – 90-х гг. ХХ в.)

 

Сегодня отечественная и мировая историография накопила очень солидные по количеству пласты исторической, исследовательской информации, документальных и мемуарных источников, связанных с событиями Второй мировой и Великой Отечественной войн на территории Беларуси. Однако даже при первичном обращении к ним бросается в глаза тот факт, что предшествующая историографическая традиция 50-х – 90-х гг. ХХ в. имеет выразительную идеологическую окрашенность. Это в равной мере относится как к отечественной, так и к зарубежной историографии проблемы. При всей идеологической тенденциозности этой литературы историк-историограф всегда обращался и будет обращаться к данной традиции в силу различных причин. Прежде всего вследствие необходимости критического анализа достижений и неудач предшественников, необходимости более сбалансированного и доказательного переосмысления чрезвычайно сложных событий той трагической эпохи мировой истории, в силу потребности выявлять историческую рефлексию других поколений и других эпох на те отдаленные события. Наконец, по причине того, что многие проблемы Второй мировой и Великой Отечественной войн, весьма актуальные для понимания нашего современника, выпали из поля зрения наших предшественников.

Одной из таких проблем, которая не нашла по ряду объективных и субъективных обстоятельств достойного отражения в современной белорусской историографии, является изучение событий Второй мировой и Великой Отечественной войн в зарубежной послевоенной историографии Великобритании. Нельзя сказать, что белорусские историки совсем оставили ее вне поля своего исследовательского внимания. Начиная с 1960-х гг. в БССР появляются первые работы, посвященные критическому, но весьма тенденциозному разбору работ американских, английских и немецких историков послевоенного поколения, специализирующихся на проблематике советской истории в целом и истории Второй мировой и Великой Отечественной войн в частности (В.Ф. Романовский,  А.В. Семенова) [1]. Однако до 90-х гг. ХХ в. историографический жанр как отдельная сфера автономных исторических исследований был крайне слабо развит в работах белорусских авторов. Критика «зарубежных фальсификаторов истории» имела в большей степени публицистически-идеологический, чем научно-исследовательский характер. Показательно то, что в вышедших в 1995 – 1996 гг. втором и третьем томах «Энциклопедии истории Беларуси» историография Второй мировой и Великой Отечественной войн не была выделена отдельной статьей [2]. В современных историографических исследованиях белорусских авторов, работающих над данной проблемой (С.Е. Новиков, Я.П. Безлепкин и др.), послевоенная историография Великобритании «растворена» в более широком (как англо-американская или западная) историографическом контексте [3]. К тому же эти авторы в своих историографических обзорах захватывают только часть взятых проблем, событий Второй мировой и Великой Отечественной войн на территории Беларуси. Взгляды западных историков рассматриваются вне контекста их профессиональной эволюции и вне анализа контекста развития этих научных направлений в странах западного сообщества, что само по себе является методологически неверной установкой.

Изучение историографической традиции Великобритании в исследовании и трактовке событий Второй мировой и Великой Отечественной войн на территории Беларуси, на наш взгляд, заслуживает отдельного («самодостаточного») исследовательского внимания наших историков-историографов. Хотя бы потому, что, во-первых, британская историография имеет большой и заслуженно заработанный авторитет в мировой исторической науке в исследовании данных проблем; во-вторых, она достаточно оригинальна и отличается в ряде своих оценок и концепций от американской и немецкой историографий второй половины ХХ – начала ХХI вв.; в-третьих, в силу неизученности роли белорусской эмиграции Великобритании в формировании образа Беларуси периода Второй мировой и Великой Отечественной войн в британской историографии указанного периода. Поэтому мы считаем необходимым остановиться на следующих основных аспектах затронутой проблемы: 1) определить вехи в ее изучении на Британских островах; 2) определить их характерные особенности и тенденции; 3) наметить круг основных вопросов данной проблемы, исследуемых английскими историками; 4) обозначить зону и время влияния белорусской эмигрантской традиции на формирование британской историографии этого вопроса.

Первичное изучение имеющихся в Беларуси опубликованных источников по нашей проблеме позволяет выделить пять основных периодов в изучении истории событий Второй мировой и Великой Отечественной войн на территории Беларуси в британской историографии 40-х – 90-х гг. ХХ в.

Первый из них приходится на 1939 – 1945 гг. В это время под влиянием социально-политического контекста формируется два основных подхода в трактовке первого (1939 – май 1941 гг.) и второго (22 июня 1941 – 1945 гг.) этапов Второй мировой войны в британской историографии. Для первого характерно однозначно негативное отношение британских историков к той роли, которую сыграли в развязывании этих событий как гитлеровская Германия, так и «сталинский СССР». Влияние этой негативной оценки в трактовке событий первого этапа Второй мировой войны ощущалось в британской историографии вплоть до конца 80-х гг. ХХ в. Иная традиция (позитивная) начинает складываться в период Великой Отечественной войны, когда СССР и Великобритания устанавливают союзнические отношения в рамках антигитлеровской коалиции. Под влиянием высшего политического руководства Великобритании и его политического лидера У. Черчилля резко меняется тональность периодической печати страны и исторической публицистики тех лет. Жена легендарного британского премьер-министра Клементина Черчилль основала фонд помощи советским солдатам, неоднократно ездила по территории освобожденных районов СССР. В 1945 г. она за свою деятельность была награждена орденом Трудового Красного Знамени [4]. Переменам настроения в британском обществе и ее элиты содействовали и многочисленные репортажи специальных корреспондентов ведущих английских газет, которые, подобно журналисту и историку А. Верту, находившемуся в СССР в качестве корреспондента газеты «Сандэй Таймс» и радиокомпании Би-Би-Си в 1941 – 1945 гг., вдумчиво, аналитично и объективно освещали события, развернувшиеся на Восточном фронте. На основе этих наблюдений автор издал в США, ФРГ, Великобритании и Франции в 1964 г. известную книгу «Россия в войне 1941 – 1945» [5]. Появление книги А. Верта, вышедшей в годы «холодной войны», вызвало широкий резонанс в западной прессе. Многочисленные рецензии на книгу А. Верта были весьма различны по своему тону. Однако в этом разбросе мнений преобладали голоса, заявляющие, что А. Верт «открыл глаза» западным читателям на подлинные события, которые происходили на Восточном фронте внутри СССР в годы Великой Отечественной войны. Книга А. Верта – это не военный дневник и пересказ собственных впечатлений, а более сложный синтез личного жизненного опыта и результатов изучения советской и западной литературы о войне. Свой труд он именует «человеческой историей», поскольку главное внимание уделяет советскому народу, героизму и достижениям. По мнению автора, это была «подлинно народная война». Оценке событий в Беларуси посвящены две главы книги «Партизаны в советско-германской войне» (глава IX части шестой) и глава VI части шестой с символическим оценочным заглавием «Разгром гитлеровцев в Белоруссии. «Хуже, чем Сталинград» [6]. В этот же период создается основная база британских источников по истории Второй мировой и Великой Отечественной войн, многие из которых в силу специфики эпохи хранились в режиме «совершенно секретно» или «для служебного пользования» (аналитические материалы спецслужб, Военного Министерства и МИДа Великобритании, историко-аналитические обзоры, написанные по заказу государственных ведомств, и др.). Этот созданный в военные годы корпус источников стал входить в научный оборот британских военных историков только с 60-х гг. ХХ в. и, несомненно, повлиял на характер созданных в годы «холодной войны» английских версий событий Второй мировой.

Второй период (1946 – 1950 гг.) условно можно назвать «инкубационным». Его нижней гранью можно считать печально знаменитую речь У. Черчилля в Фултоне, с которой многие историки и политики связывают начало периода «холодной войны» между бывшими союзниками по антигитлеровской коалиции. Конфронтационная политическая риторика этих лет еще не отразилась на историографических версиях событий Второй мировой и Великой Отечественной войн. Главными историографическими фактами этого пятилетия являлись подготовка историко-идеологических оснований доктрины «холодной войны», подготовка профессиональных кадров для ее реализации и проработка массива той информации о СССР, которая была принесена на Британские острова эмигрантами-выходцами из Беларуси. Это были как белорусы-участники армии Андерса, сражавшиеся в Британских вооруженных силах в годы Второй мировой войны, так и белорусы-коллаборационисты, сотрудничавшие с немецкими оккупационными войсками в Беларуси в 1941 – 1944 гг. (П. Навара, Ю. Веселковский, В. Жук-Гришкевич, Я. Германович, О.Ч. Сипович, О.А. Надсон, О.Л. Горошко, Д. Космович и др.) [7].

Значение наиболее активной части интеллектуальной элиты белорусской послевоенной диаспоры в Великобритании для формирования представлений английских историков Второй мировой войны о событиях в Беларуси стало выявляться в 1950 – 1970-е гг. ХХ в., когда ею были созданы свои культурно-просветительские и научные организации (ОБВБ, Белорусская библиотека и музей им. Ф. Скорины и др.) [8]. Решающего значения на формирование образа военной Беларуси в английской послевоенной историографии они не имели, однако создали весьма ценную мемуарную и эпистолярную источниковую базу для освещения событий тех лет. В основном это были мемуары, которые освещали события неизвестные или малоизвестные в Беларуси, предлагая читателю взгляды на войну тех, кого называли коллаборационистами, и тех, кто сражался в армиях союзной коалиции. Главными собирателями «рассеянного» источникового наследия о Беларуси периода Второй мировой войны стали в эти годы Белорусская библиотека и музей им. Ф. Скорины в Лондоне [9].

Образцом такого рода работ мемуарно-исследовательского характера являются книги видного деятеля белорусской диаспоры Великобритании Ю. Веселковского. Его книга «Няясна мроіліся новыя дарогі» [10] – проба описания жизненного пути белорусского общественного деятеля послевоенной Великобритании. Автор описывает свой жизненный путь с детских лет, которые он провел в западнобелорусском регионе II Речи Посполитой, до 80-х гг. ХХ в. – периода жизни, связанного с Великобританией. Ю. Веселковский сквозь призму «простого человека в истории» раскрывает такие стороны белорусского прошлого как вхождение Западной Беларуси в состав БССР осенью 1939 г.; начало Великой Отечественной войны на территории Беларуси, немецкий оккупационный режим, деятельность Минской кадетской школы Белорусской Краевой Обороны (БКА); службу в 30-й дивизии СС Зиглинга; окончание войны в составе армии Андерса. В этом случае личный субъективный взгляд автора на события мировой истории приобретает особую значимость. Это редкий и ценный источник по истории белорусских воинских формирований в составе британской армии. Вторая книга этого автора «Па сьлядох Другой сусветнай вайны» (2002) [11] включает статьи о Второй мировой войне и не является автобиографической. Это скорее попытка автора, на судьбу которого повлияли годы военного лихолетья, разобраться в трагических событиях, осмыслить то, что произошло с ним и его поколением, но осмыслить на основе литературы о Второй мировой войне западных, преимущественно английских и американских, историков (Д. Бакоу, Д. Барбера, М. Харрисона, А. Бранвелла, Т. Бауэра, Д. Джерарда, М. Фута и др.).

В этот же период тема истории Второй мировой и Великой Отечественной войн занимает одно из наиболее значительных мест и в военной историографии Великобритании. Разработка этой проблематики происходит в 1950-х – начале 1970-х гг. в обстановке конфронтационных отношений «холодной войны» двух мировых систем (социалистической и капиталистической) и двух военно-политических блоков (НАТО и Варшавского договора), что отразилось на тенденциозности и идеологической ангажированности в трактовке рассматриваемых событий. Источники свидетельствуют о непосредственной связи между государственным заказом и подготовкой исследований по данной проблематике. Созданные в Великобритании в рамках университетских структур новые кафедры и научно-исследовательские центры, которые занимались  изучением истории, политики и культуры народов СССР, одновременно выполняли миссию одного из средств идеологической борьбы с Советским Союзом и его союзниками по социалистическому лагерю. Как откровенно признался впоследствии известный американский исследователь А. Шлезингер, «…большая «холодная война» – между коммунизмом и демократией – породила малую «холодную войну» [12]. Вместе с тем в рамках развития «военной советологии» Великобритании в 1950-е – 1980-е гг. можно выделить два отличающихся периода: 1) 1950-е – начало 1970-х гг.; 2) 2-я половина 1970-х – 1980-е гг. Характерными тенденциями второго периода стали заметное снижение конфронтационной тональности между военными историками Запада и Востока, связанного с подписанием Хельсинкских договоренностей 1975 г. и политикой «разрядки». Они отразились в попытках историков Великобритании более сбалансировано и объективно подойти к анализу и оценке рассматриваемых событий. У британской историографии была еще одна особенность, которая заметно ее отличала от историографии США и ФРГ – значительное влияние историков марксистского и социал-демократического направлений [13]. Вместе с тем в рамках этих двух периодов видны черты преемственности в доминирующей проблематике (история партизанского движения, история коллаборации в странах Восточной Европы, политика германского оккупационного режима, история Холокоста) в рассмотрении белорусского ракурса проблемы не как самостоятельного, а как части более широкого страноведческого контекста (военная история Восточной Европы, история СССР в годы войны).

Для периода 1950-х – начала 1970-х гг. наиболее показательны в этом отношении работы Дж. Райтлингера, Ч. Диксона, О. Гейльбрунна, А. Кларка, Е. Раймонда, Д. Стьюарт-Смитта, Дж. Баритса, В. Гордона и др. [14]. Для периода 2-й половины 1970-х – 1980-х гг.  – исследования О. Бартова, Дж. Барбера, А. Бранвелла, Т. Бауэра, М. Фута, Дж. Лукача, К. Максея, Т. Мюллигана, Н. Толстого [15].

С 90-х гг. ХХ в. интерес к истории Второй мировой и Великой Отечественной войн у историков Великобритании заметно падает, а та часть английских исследователей, которая продолжает изучать эту проблематику, существенно меняет свои социально-политические и методологические установки. Наблюдается ощутимый историографический «ревизионизм» по отношению к историографической традиции, наработанной историками-советологами. Ведущие исследовательские акценты смещаются в сферы микроистории и истории повседневности (работы Дж. Бакоу, Дж. и К. Джерард, Б. Лиддер Харта, А. Села и др.) [16]. Заметное оживление публикаторской активности, как правило, приходится на юбилейные годы, связанные с событиями Второй мировой и Великой Отечественной войн (1995, 1999, 2005 гг.).

Обзор основных тенденций изучения проблемы «Беларусь в годы II Мировой и Великой Отечественной войн» в британской историографии указанного периода позволяет прийти к следующим выводам предварительного характера.

Очевиден разительный контраст между значимостью проблемы и ее практической неразработанностью на уровне системного и аналитического исследования в белорусской историографии.

В своем исследовании и трактовке указанной темы британская историография 1940-х – 1990-х гг. ощутила трансформацию социально-политических и методологических факторов военной и послевоенной эпохи, что позволяет нам выделить пять основных периодов, каждый из которых имел свои специфические особенности (1939 – 1945 гг.; 1946 – 1950-е гг.; 1950-е – начало 1970-х гг.; 2-я половина 1970-х – 1980-е гг.; 1990-е гг. – начало ХХI в.).

Характерными особенностями британской историографии всей эпохи рассмотрения проблемы являются невыделенность Беларуси в специальный предмет исследования и фокусирование внимания на пяти основных «зонах» военной истории Беларуси периода Второй мировой и Великой Отечественной войн (события сентября 1939 г., связанные с началом Второй мировой войны и обстоятельствами вхождения Западной Белоруссии в состав БССР и СССР; история партизанского движения, история коллаборации в странах Восточной Европы, политика германского оккупационного режима, история Холокоста).

Влияние белорусской эмигрантской традиции на концептуальные оценки британской историографии проблемы было сравнительно незначительным и сказалось в большей степени в работах английских историков советологической ориентации 50-х – 70-х гг. ХХ в. (была использована в основном мемуарная литература как один из видов источниковой базы интерпретации событий).

А.Д.Карева