Аристократ духа

 

Гусаров Юрий Владимирович Чувашский государственный Институт гуманитарных наук

г. Чебоксары

Аристократ духа

Аннотация: автор делится воспоминаниями о профессоре Чуваш- ского государственного университета, историке, этнографе П.В. Дени- сове, у которого учился в студенческие годы, под научным руководством которого защитил кандидатскую диссертацию и работал на кафедре ар- хеологии, этнографии и региональной истории.

Ключевые слова: исторический факультет Чувашского государ- ственного университета, история высшего образования Чувашии, чуваш- ская этнология.

Yuri Vladimirovich Gusarov

Chuvash State Institute of the Humanities

Cheboksary

AN ARISTOCRAT OF SPIRIT

Abstract: the author shares his reminiscences of P.V. Denisov, historian, ethnographer and professor at Chuvash State University with whom he studied in his student years, under whose scholarly guidance he defended his Candi- date’s dissertation and with whom he worked in the Department of Archeology, Ethnography and Regional History.

Keywords: Department of History of Chuvash State University, history of higher education in Chuvashia, Chuvash ethnology.

Петра Владимировича Денисова отличал широкий научный круго- зор, что редкость для нашего времени узкой специализации: как правило, учёные мужи сосредоточены на своей проблематике и предпочитают не углубляться в «чужие» сферы. Денисов же по давно заведенной привычке регулярно просматривал научные журналы по истории и этнологии, зна- комился с книжными новинками. Это позволяло ему находиться в курсе научных новинок, вести диалог со специалистами разных областей гума- нитарных наук и консультировать аспирантов и студентов по широкой проблематике исследований. Он интересовался жизнью страны и респуб- лики и газету в его руках можно было видеть часто. О заслуживающих внимания публикациях информировал коллег. Этот юношеский интерес к жизни и знаниям удивлял и радовал. Наши встречи на кафедре обычно начинались с его вопроса: «Юра, а ты про это читал»? Как правило, это был зачин долгого разговора, в ходе которого одна тема сменяла другую и было жалко прерывать общение из-за звонка на лекцию или семинар.

 

Петра Владимировича было сложно чем-то удивить в профессио- нальном плане, но если это случалось, он помнил об этом долго. Не забы- вал об оказанной помощи. В аспирантские годы в казанских архивах по его просьбе я попутно собрал материалы о Н.Я. Бичурине, за что он бла- годарил меня много раз.

Внутренняя свобода и чувство достоинства выдавали в нём природ- ный аристократизм. Лицо с арабскими чертами притягивало взгляд. Пи- сал крупным разборчивым наклонным почерком. Рабочие пометы делал карандашом. К рукописям относился бережно, хранил их в образцовом порядке. Кажется, так и не освоил компьютер.

Пётр Владимирович обладал талантом рассказчика. Говорил он не- торопливо, то повышая, то понижая голос, жестикулируя и внимательно наблюдая за реакцией слушателей. В близком кругу рассказывал о деяте- лях чувашской науки и литературы, с которыми дружил или близко об- щался: Н.В. Никольском, И.Д. Кузнецове, В.Д. Димитриеве, П.П. Хузан- гае, В.Е. Митта и др. Это были миниатюры-воспоминания в жанре лите- ратурного анекдота, передающие характерную черту образа героя. Помню рассказ о Н.И. Ашмарине, источником которого был назван спут- ник профессора по фольклорным экспедициям филолог И.И. Одюков.

«Дело было на железнодорожном вокзале г. Канаш, откуда учёные воз- вращались в Казань, – рассказывал Денисов. – Учёные купили билеты, Одюков заблаговременно занял место в вагоне и стал ожидать задержав- шегося на перроне Ашмарина. Вот прозвенел первый звонок, потом вто- рой, а коллеги все нет. Обеспокоенный Одюков выбежал из вагона и при- нялся расспрашивать, не видел ли кто старичка с бородкой, в городском костюме. Какой-то парень сказал, что такой зашел в станционный туалет. Вбежав туда, учёный застал стоящего у стены Ашмарина, увлеченно за- писывающего в блокнот надписи на чувашском языке. Поймав укоряю- щий взгляд коллеги, сказал: «Посмотрите, какие тут любопытные образ- чики речи».

Очень жалею, что в свое время не записал эти миниатюры, надеясь на память. К счастью, был у Денисова достойный слушатель, сохранив- ший некоторые его рассказы. Имею в виду профессора В.Д. Димитриева. Пётр Владимирович рассказывал, что на рубеже 1980–1990-х г. они оба с женами отдыхали в санатории «Чувашия». По вечерам Димитриевы заха- живали на чай в номер Денисовых. Василий Дмитриевич приходил не с пустыми руками – бутылкой хорошего красного вина, единственного, ко- торое употреблял. «Стал я замечать, рассказывал Денисов, – что Вася (так в узком кругу он называл В.Д. Димитриева. – Ю.Г.) внимательно меня слушает, время от времени переспрашивает, а затем спешит к себе, не оставаясь смотреть телевизор. А через несколько лет в республиканских газетах стал натыкаться на заметки о деятелях культуры с хорошо извест- ным мне содержанием, подписанные неизвестной фамилией. Оказалось,

 

это Вася печатал их под литературным псевдонимом. Тогда я вспомнил про санаторий и его странное поведение». Действительно,  в  1992  г. В.Д. Димитриев под псевдонимом Василий Атманов опубликовал не- сколько заметок об ученых-чувашеведах в республиканских газетах. В.Д. Димитриев рассказывал главному редактору Чувашского книжного издательства В.Н. Алексееву, что имеет целую рукопись таких рассказов (возможно, там были не только денисовские). Жаль, что книга с живыми рассказами так и не появилась.

Тема взаимоотношений между Денисовым и Димитриевым деликат- ная, и я не буду в неё углубляться. Пётр Владимирович относился к стар- шему коллеге с уважением (даже подчеркнуто), поддерживал ровные де- ловые отношения, не вступал в дискуссии (например, на заседаниях ГАКа). С членами кафедры об истории их взаимоотношений не вспоми- нал, но все мы знали о злополучном событии в его научной биографии, как и о том, что он никогда о нём не забывал.

Члены кафедры настойчиво советовали Денисову засесть за мему- ары. В день 70-летия даже вручили подарок с намеком – ручку «Паркер» с золотым пером. К сожалению, свои воспоминания он не записал.

Денисову посчастливилось общаться со многими известными людьми: академиками Л.Н. Гумилевым и Д.С. Лихачевым, этнографом Н.В. Никольским и др. О своих встречах с Гумилевым он рассказал жур- налисту В.Н. Алексееву [1]. В 1996 г. в газете «Советская Чувашия» была опубликована рукопись Л.Н. Гумилева и М.Ф. Хвана «Китайские пись- мена в чувашской вышивке» по экземпляру, хранившемуся в личном ар- хиве Денисова (Т.А. Крюкова включается в число авторов ошибочно; в статье говорится лишь о её заслуге в публикации анализируемого узора). Статья была написана в 1959 г. параллельно с подготовкой Гумилевым и научным сотрудником Ленинградского университета М.Ф. Хваном книги неизданных трудов Н.Я. Бичурина «Собрание сведений по исторической географии Восточной и Срединной Азии» по договору с Чувашским книжным издательством. Его главным редактором тогда работал Дени- сов. Он сообщил Гумилеву о готовившейся к публикации монографией Г.А. Никитина и Т.А. Крюковой о чувашском народном костюме. Восто- ковед познакомился с Крюковой и заинтересовал Хвана темой связи чу- вашской вышивки с китайской письменностью. Последний расшифровал смысл узора на свадебной женской рубахе XVIII в. Результатом работы ученых стала упомянутая выше статья. Во время  рабочих  встреч  с  Л.Н. Гумилевым Денисов получил его согласие на публикацию статьи в Чебоксарах. По предложению Гумилева, в газете было помещено напи- санное им резюме статьи с указанием о её будущей публикации в научной печати [3]. Читатели ждали публикации труда, но из-за ухудшения отно- шений между СССР и Китаем, по рекомендации Госкомитета СССР по

 

печати издание научной литературы по китайской тематике было при- остановлено. В 1963 г. статья Гумилева и Хвана планировалась к изданию в сборнике трудов Чувашского НИИ языка, литературы, истории, но по той же причине была из него исключена. В 1960 г. с трудом удалось от- стоять издание книги Бичурина, однако Чувашскому издательству было дано указание распространить её по библиотекам, чтобы ни один экзем- пляр не вышел за пределы республики. По рассказу Денисова, когда книга вышла, в Чебоксары зачастили столичные учёные, чтобы правдами и не- правдами заполучить многострадальный том Н.Я. Бичурина. Что же до статьи, то она пролежала под спудом долгих 37 лет [4].

В 2006 г. Денисов передал журналисту А.П. Леонтьеву воспомина- ния Н.В. Никольского о газете «Хыпар» из архива И.Д. Кузнецова, кото- рые в 1961 г. частично напечатал в своей книге «Хыпарçăсем». Леонтьев опубликовал воспоминания целиком. Много лет Денисов собирал фото- копии статей этнографа В.К. Магницкого. Большой целлофановый пакет с ними он приносил на кафедру для аспирантки И.В. Дмитриевой, которая тогда работала над темой о творчестве Магницкого. Помню наш с ним разговор о необходимости издания тома избранных трудов Магницкого, что было отложено «на потом». Но из-за большой учебной нагрузки вре- мени на это найти не удалось. В последние годы Денисов был увлечен темой хазарско-чувашских этнокультурных связей. Рассказывал, что нашел интересные материалы в Израиле, куда ездил к дочери. Не знаю, сохранились ли его записи по этой теме.

Его память хранила множество занимательных событий, участником и свидетелем которых он был. О многих из них не прочитаешь в книгах. Впервые от него я услышал о библиографическом указателе С.И. Дани- лова «Чувашская книга до 1917 года», который в 1950 г. по идеологиче- ским причинам был запрещен, а готовый тираж уничтожен; сохранился чуть ли не единственный экземпляр с грифом «Для служебного пользова- ния».

При кажущейся открытости, о личной жизни Денисов не распростра- нялся. Вообще о себе говорил редко. Однажды в разговоре речь зашла о библиофилах и он рассказал о своей первой личной книге, которую купил в школьные годы на деньги, заработанные в колхозе. Помню его рассказ о том, как он нес её домой, прижав к груди как редкое сокровище. Учёный гордился своей богатой личной библиотекой, которую собирал всю жизнь. Отдельно, под замком, хранились дореволюционные книги в ко- жаных переплетах (дореволюционные) и редкие экземпляры. Помню, например, тома «Живописной России», книги Л.Н. Гумилева «Хунну»  и

«Древние тюрки», которых тогда было не купить. Дублетный экземпляр одной из последних был обещан мне, но случая подарить его не предста- вилось. Книгами он дорожил. Когда учёный переезжал на свою послед- нюю квартиру, мне показалось, что о книгах он переживал больше, чем о

 

мебели. Помню, с каким возмущением отзывался о студенте-дипломнике, который не вернул личную книгу, одолженную ему для работы. В 1988 г. Денисов организовал для членов кафедры подписку на репринтное изда- ние «Истории государства Российского» Н.М. Карамзина, которое укра- шает мою личную библиотеку.

В бытность заведующим этнографическим музеем факультета я об- наружил неоприходованные фотографии студенческой этнографической экспедиции в Батыревский район. Были среди них и фотографии видов с. Бахтигильдино – родины учёного. Пётр Владимирович увлажнившимися глазами долго смотрел на фотографию отцовского дома, где прошло его детство (к тому времени он был сломан по ветхости), вспомнил по именам всех родных, а напоследок попросил разрешения забрать фото на память. Не сомневаюсь, что оно сохранилось в его личном архиве.

На 70-летие Денисова В.Д. Димитриев подготовил материал о нём в республиканскую газету. В последний момент в редакции спохватились, что нет фотографии юбиляра и позвонили на кафедру, попросив Денисова приехать в редакцию для фотосьемки. Юбиляр категорически отказался ехать один: «Только с учениками»! Поехали втроем – Пётр Владимирович и мы с Л.А. Таймасовым в качестве почётного сопровождения. Стоял теп- лый августовский день, улицы были заполнены по-летнему одетой публи- кой. Мы ехали, беседуя на общие темы. Неожиданно Денисов о чём-то задумался и надолго замолчал, а затем повернулся ко мне и неожиданно сказал: «Юра, я тебе завидую». «Чему же?» – удивился я, застигнутый врасплох. «Посмотри, сколько на улице красивых девушек в коротких юб- ках. В моей молодости этого не было». Мы с Леней рассмеялись: юбиляр- то – молодой человек! А сфотографировались мы у берез напротив Дома печати. Эта фотография и напечатана в газете [2].

Каждый из учеников бывал в доме Учителя. Гостя здесь не отпус- кали, не посадив за стол. На кухне хозяйничала Розалия Тарасовна, у ко- торой все получалось как бы само собой. Накрыв на стол, она звала: «Па- почка (так она ласково называла мужа), все готово. Заканчивайте дела и идите обедать». За столом говорили только о семейных и житейских де- лах. Хозяева рассказывали об успехах дочерей и внуков. Не знаю, были ли у Денисова гастрономические пристрастия, но ел он мало. Само засто- лье никогда не было продолжительным.

Свои лекции Пётр Владимирович читал без записей, не придержива- ясь учебника. Было интересно следить за ходом мысли лектора, приво- дившим яркие факты, которых не найдешь в учебниках. В курсе отече- ственной историографии Денисов ограничивался дореволюционным пе- риодом, а неинтересный для себя советский оставлял студентам на само- стоятельное изучение. В советское время преподаватели позволяли себе вольности, немыслимые в наши дни. Некоторые выходки Денисова помню до сих пор. Однажды (это было в мае 1985 г.), войдя в аудиторию

 

с суровым лицом, он подошел к кафедре, выдержал долгую тяжелую па- узу, а затем приказал присутствующим встать и почтить минутой молча- ния память скончавшегося историка М.В. Нечкиной. Лекции в тот день не было на радость нам, студентам.

Пётр Владимирович был сухощав, подтянут. Одевался со вкусом, даже модно. Наверное, одним из первых в Чебоксарах стал щеголять в кроссовках, присланных одной из дочерей из-за границы. В середине 1980-х г. это была большая диковинка. Студенты любят давать препода- вателям прозвища. Не припомню, чтобы оно было у Денисова. Наверное, это показатель особого уважения. Студенты хорошо относились к профес- сору ещё и потому, что он не ставил двоек, очень редко – тройки. По- этому, когда произошел дикий случай с нападением на Денисова в подъ- езде его дома, коллеги сразу исключили мотив мести студента за оценку. В период работы на кафедре я ближе и больше узнал Петра Влади- мировича, однако прежнее мнение о нём не изменилось. Обо всех стар-

ших коллегах я этого сказать не могу.

В период работы над вторым изданием книги о Н.Я. Бичурине люби- мой темой разговоров Петра Владимировича была личность выдающегося синолога. Как исследователь, он был влюблен в своего героя, которому прощал его человеческие слабости. Гордился тем, что создал научную биографию крупного деятеля исторической науки, опередив столичных ученых. К слову, последние признают авторитет чувашского коллеги: в конце 2000-х г. по межгороду на кафедру позвонил А.Н. Хохлов, попро- сивший помочь связаться с Денисовым, чтобы попросить его написать ре- цензию на свою статью о Бичурине для «Православной энциклопедии».

Как самодостаточный человек, Денисов превыше всего ценил лич- ную свободу. Он не посягал на время учеников, не навязывал свою волю, не ограничивал в самопознании и творческих поисках. Наверное, сказы- вался и возраст. Об этом хорошо знали старшие коллеги, которые никогда не отказывали мне в помощи. Полезным оказался, к  примеру,  совет И.И. Демидовой по составлению указателей к рабочим тетрадям. Учиться на собственных ошибках не очень приятно, но это лучший способ обрести самостоятельность. Это факт, что среди гуманитариев Чувашии у Дени- сова самое большое количество учеников. Да и свою кафедру АЭРИ Де- нисов сформировал из своих бывших аспирантов. До сих пор они состав- ляют в ней подавляющее большинство. И каждый – имя в науке. Другой такой исторической кафедры я не знаю.

Не припомню случая, чтобы Денисов ругал или наказывал своих уче- ников. Даже тогда, когда они этого заслуживали. Зато не упускал случая похвалить при посторонних. Мне лестно, что я ходил у него в любимчи- ках, хотя, по большому счету, у него не было нелюбимых учеников. Он познакомил меня со многими своими друзьями-коллегами из разных го- родов. Хочу с благодарностью вспомнить недавно ушедшего из жизни своего научного руководителя по дипломной работе Л.Ю. Браславского,

 

который настойчиво рекомендовал Денисову мою кандидатуру – в то время школьного учителя, для поступления в аспирантуру. Знаю, что ре- шающий разговор состоялся на пляже за Волгой – таким настойчивым был Леонидюрьич (так мы его звали – одним словом). Помню, как осенью 1987 г. мы встретились с Денисовым. Оказалось, что он не помнил меня как студента, поэтому долго расспрашивал о биографии, родителях, науч- ных интересах, а когда принял решение, посоветовал в качестве научного сочинения представить расширенный вариант историографической главы дипломной работы. К слову, тему моей диссертации о забытом русском историке XIX в. Н.С. Арцыбышеве Денисов  подобрал  по  совету  с  В.Д. Димитриевым, за что я им признателен. К слову, В.Д. Димитриев ре- цензировал главы моей диссертации, написанные ещё от руки и выступил научным рецензентом на её защите.

В бытность заведующего кафедрой Денисов создал дружный, рабо- тоспособный коллектив. Членами кафедры были люди разных поколений, но все жили общими интересами, помогали и поддерживали друг друга. Даже в тяжелые 1990-е г. не жаловались и добивались хороших результа- тов. Тогда на кафедре родился метод объединения усилий для оператив- ной подготовки нового учебного курса: материал последнего делился на части и каждый из лекторов разрабатывал свой раздел, что экономило время и силы. В общем деле участвовал и сам заведующий кафедрой. Большие праздники также отмечали вместе, что сплачивало коллектив. Очень хорошо, что эти традиции развиваются при нынешнем заведующем кафедрой Н.А. Петрове. Думаю, предстоящий юбилей П.В. Денисова дает повод инициировать вопрос о присвоении кафедре археологии, этногра- фии и региональной истории имени её основателя.

Литература

  1. Алексеев В.Н. Сквозь тернии к истине, или Рукописи не горят // Советская Чувашия. – 1996. – 12 января. – С. 3.
  2. Димитриев В.Д. Исследователь обстоятельный, глубокий // Советская Чува- шия. – 1998. – 27 августа. – С. 3.
  3. Гумилев Л. Азиатский исток традиций чувашского народного искусства //

Советская Чувашия. – 1959. – 18 августа. – С. 4.

Послесловие профессора П.В. Денисова // Советская Чувашия. – 1996. –    1 февраля. – С. 3.